Мальчик внимательно смотрел в лицо высокой женщине в кимоно, которая держала его за руку. Лицо было невозмутимым и приветливым, глаза – чёрными и раскосыми.
– Значит, ты – моя няня?
– Да.
– И ты всегда будешь со мной?
– Всегда.
– Никогда не бросишь одного и не уйдёшь на работу?
– Никогда.
– Так не бывает.
– Бывает.
– И у тебя можно спросить всё, что хочешь, и ты ответишь?
– Отвечу, ведь я подключена к мировой информационной сети, которая знает почти всё.
– А откуда ты пришла?
– Принят закон, по которому у каждого ребёнка должна быть постоянная семья. Хотя бы в виде няни. Меня прислали из детского центра вашего округа. Сейчас я буду твоей семьей, пока ты не вырастешь или не найдёшь другую семью.
Мальчик замолк на какое-то время, а потом извиняющимся шёпотом сказал, глядя в землю:
– А если проснуться ночью и станет страшно… ну, иногда бывает такое… со всеми ведь может такое случиться, правда? – Мальчик заглянул в лицо няни… – То и не страшно вовсе – ты ведь рядом и защитишь. Спасёшь от ужасного Гырбы-Дроги! И от Дорняка-Сорняка… Правда?
– Правда… – ответила няня. – Я всё время буду рядом.
Начался мелкий дождь.
Няня не заставила мальчика идти под душную крышу Интерната, она просто подняла руку, и из запястья выскочил большой пластиковый зонт, укрывший няню и мальчика от дождя.
«Зонт – это маленький прозрачный дом!» – подумал мальчик и вздохнул. Няня старалась, чтобы на мальчика не попала вода, поэтому дождевые капли брызгали на её собственное кимоно и скуластое лицо. Но капли не могли причинить ей вреда, и няня не беспокоилась. Главное – чтобы мальчик не промок.
Мальчик почему-то сердито сказал:
– Ты не думай, папа меня любит, просто у него денег нет, чтобы меня к себе забрать.
– Он заберёт тебя на следующей неделе.
– ЧТО?! – не поверил мальчик. – ТЫ ВРЁШЬ!
– Твой отец уже оформил все бумаги. Это связано с тем, что государство перестает дотировать Интернаты и начинает выплачивать пособие самим родителям.
– Я тебе не поверю, пока папа сам мне не скажет! – решительно сказал мальчик.
– Ладно, пусть отец сам тебе скажет, – покорно согласилась няня.
Мальчик долго молчал, переваривая такую невероятную новость, потом робко заглянул в лицо няне.
– А… мама? У меня будет настоящая мама? Живая?
– Возможно, будет. Мы её поищем.
– А она будет красивая?
– Конечно. Некрасивых мам не бывает.
Дождь стучал в зонт всё сильнее, но его не пускали в прозрачный дом.
– Я тебе все равно не верю, – упрямо сказал мальчик, незаметно вытирая глаза.
– Ладно, пусть отец сам тебе скажет, – кивнула няня.Осень – тревожное жёлтое время. Оно полно холодных перемен. И ещё эти отчаянные листья…
