Перед парижским посольством династии Гринвич уже третий месяц держали свой пикет старики-демонстранты.
Они устроились основательно: натянули тент от дождя, установили для защиты от ветра пластиковую стенку. Рядом со складными стульями стояли закреплённые плакаты:
«Оставьте нас на Земле!»
«Мы не хотим лететь в космос!»
«Не дайте умереть старикам – подарите нам хоть по десять лет жизни!»
«Земля – наша родина».
«Богачи, у вас есть сердце?»
На старых шезлонгах и на газоне разместились несколько стариков. Они курят немодные дешёвые сигары или трубки. Пьют молодое вино из горлышек длинных бутылок или из пластиковых стаканчиков.
Смеются, тыча пальцами друг в друга и по сторонам.
Иногда кричат хором оскорбления в сторону посольства.
Демонстрантов мало, но многие миллионы других стариков им сочувствуют.
Старики подобрались не квёлые, живые. Они знают, что им осталось немного, но хотят жить и живут. Даже здесь, под тонкой пластиковой крышей и на ветру – они живут. Вспоминают истории своей длинной жизни, рассказывают небогатые новости дня, подшучивают друг над другом и над собственными болячками. Делятся едой и табаком.
Старики одновременно жалки и полны достоинства.
Они не надеются на успех своей демонстрации, но им важно, что они здесь собрались и сумели поднять свой голос за справедливость, как они её понимают.
Пусть юристы и политики обсуждают легальные аспекты бессмертия и налоги на долгожителей. Пусть молодёжь мечтает о расселении человечества по спутникам и другим планетам, про робоосвоение космоса и его терраформирование. Эти споры были старикам не по уму и не по сердцу.
Они рассуждали между собой просто: если учёные открыли рецепт долголетия, то жизнь должны продлить всем! Ну и пусть на планете много людей. В тесноте, да не в обиде. Лучше мерзнуть живым под мостом, чем лежать мёртвым на самом шикарном кладбище с мраморными статуями.
Месяц назад из посольства вышел человек с большим ящиком в руках. Установил его перед стариками и исчез. Оказалось – кофейный аппарат. Старики не стали чваниться и с удовольствием наливали в стаканчики горячий кофе.
Оказалось, что аппарат ещё и умеет разговаривать. Он даже обещал записать все жалобы стариков и переслать их слова самой королеве Гринвич.
Старикам это понравилось – и они часами говорили с кофейным аппаратом по имени Инка, даже стараясь ругаться поменьше. Тот терпеливо всё запоминал, что-то расспрашивал, что-то уточнял.
– Что они собираются с нами делать?! – спрашивали старики у чёрного ящика.
– Я этого пока не знаю. Но вы – тяжёлая проблема, над которой ломает головы целая команда специалистов.
– Вот и пусть ломают! – воинственно говорили пикетчики. – Мы не отступим!
Начался дождь, но старики не расходятся.
Позже большая часть из них уйдёт по своим тёмным одиноким домам, оставив на посту только друзей-клошаров, которым всё равно, где ночевать.
Но это позже.
А пока – в бутылках ещё есть согревающее вино, и по улицам ходят под яркими зонтиками мужчины и женщины, разговаривая и смеясь, скрипя подошвами и стуча каблучками.
Пока старики живы, и они хотят, чтобы их голос был услышан.
Богачи, у вас есть сердце?
Не дайте нам умереть.
