Лишь Элиза в облаке рыжих волос и белом платье с длинным разрезом вышла на середину зала, держа за руку высокого Гэри-Дракона. В танце Элиза подчеркнуто нежно смотрела на Гэри. Они часто пролетали мимо Джерри, но рыжеволосая девушка ни разу не бросила взгляд в его сторону.
К удивлению всех, рядом появилась и вторая танцующая пара – миниатюрная Юлия в смелом наряде. С ней танцевал Жюльен – и очень неплохо! Саму Юлию было не узнать – её стройная фигура легко следовала сложному ритму, глаза сияли, а лицо уж никак нельзя было назвать сонным. Юлия излучала свободу и уверенность! Разительный контраст с той безнадёжно-унылой девушкой, которая прошлой осенью перечисляла Джерри длинный список своих недостатков. Жюльен явно был под могучим воздействием Юлиного очарования и не сводил с неё глаз.
Когда танец закончился, Элиза с Гэри раскланялись и ушли с площадки, причём рыжеволосая красавица демонстративно игнорировала часть зала, где стояли Джерри и Никки. Зато Юлия, пригвоздив властным жестом Жюльена к полу, подбежала, крепко обняла Джерри за шею и поцеловала в обе щёки. И исчезла вместе с раскрасневшимся Жюльеном.
– Вот наглые совёнки пошли! – поразился Смит Джигич. – Ничего не боятся!
– Это было просто дружеское рукопожатие, – ухмыльнулся Джерри.
– Ничего себе дружеское! – Смит посмотрел на Никки в поисках поддержки, но та странно промолчала.
Вдруг девушка увидела – в их сторону направился Фростман.
– Джерри, исчезаю, иначе я за себя не отвечаю!
И тут же испарилась. Джерри вздохнул – ум и невозмутимость девушки-Маугли с трудом противостояли изощрённому коварству доктора Фростмана, владеющего жестоким умением воздействия на подсознание – психотехникой, отточенной человечеством за долгие века.
– А где мисс Гринвич? – обратился к Джерри психоаналитик, протолкавшийся через толпу студентов.
– Её здесь нет, – холодно ответил юноша.
– Сбежала?! – обрадовался доктор. – Отличный рефлекс!
– Может, вы у меня проверите рефлексы? – спросил ещё холоднее Джерри. – Вы ни разу меня не вызывали.
– Вас? – пренебрежительно удивился Фростман. – Зачем? Вы прозрачны и предсказуемы – неинтересный хрестоматийный случай. Впрочем, я издали слежу за вами: мне любопытно лишь – какой из двух классических вариантов разрешения вы выберете в грядущем кризисе вашего статуса.
В этой фразе было столько непонятного и насмешливого яда, что Джерри ощетинился. Кровь ударила ему в лицо.
Фростман внимательно проследил за реакцией юноши, удовлетворённо заулыбался и сказал:
– Передайте мисс Гринвич, что мы ещё не закончили наш спор. У меня есть для неё пара отличных аргументов!
Довольный собой доктор, хохоча во всё горло, шагнул к бару.
Но он не учёл, что Джерри, падая в пропасть, кое-что приобрёл.
Юноша просто взял и вытянул вперёд ногу. Доктор Фростман споткнулся, захлебнулся смехом и упал. Бокал в его руке выплеснул веер коньяка и хрупнул о каменную плиту. Студенты, стоящие неподалёку, ахнули.
К доктору немедленно подлетели кентаврики-официанты и захлопотали вокруг. Они убрали осколки, высушили лужу и помогли доктору подняться. Тот, вытирая салфеткой залитую коричневым жилетку, повернул свирепое лицо к юноше и прошипел:
– Неужели вы думаете, что сможете учиться в Колледже после такой выходки?
– Неужели вы столкнулись с непредсказуемостью? – Джерри растянул губы в гримасе улыбки.
– Нет, – сверкал глазами разозлённый доктор. – Вы вполне закономерно набрались нахальства у своей подружки.
– Значит, это и был тест на рефлексы? Вы самоотверженный исследователь… Учтите в своих расчётах, что я не люблю гиен, которые тревожат мёртвых родителей.
– Мы ещё обсудим этот инцидент и наши взаимоотношения! – угрожающе сказал доктор Фростман.
– Всегда к вашим услугам, сэр, – не испугался Джерри. – На шпагах или на тестах Роршаха – как будет угодно.
Он не чувствовал к Фростману никакого почтения. Смертельные враги не могут оцениваться в традиционных категориях «профессор-студент».
– И запомните, что если с Никки что-нибудь случится по вашей милости, я вас из-под земли достану! – тихим голосом сказал Джерри.
– Сопляк, вы смеете мне угрожать?!
– И не только он, – сказал Жюльен, вдруг появившийся рядом с Джерри. – Я тоже позабочусь, чтобы вы поплатились за свои фокусы. Мой дядя хорошо знает президента Всемирной лиги психологов. Полагаю, комиссия по этике скоро займётся вами и вашей лицензией практикующего психолога.
Профессор Фростман молча повернулся и ушёл.
– Спасибо, Жюльен, – сказал Джерри. Француз улыбнулся:
– Это долг каждого интеллигентного человека: увидел субъекта, сделавшего из своего разума дубину, – огрей его обычной!
Бал Выпускников подошёл к концу, и зазвучала музыка Последнего Танца, после которого, по традиции, пары не расстаются, а отправляются гулять в парк или лес. Правом преимущественного приглашения на Последний Танец обладали леди.
