Фукс сообщил также Перрину, что на русских, по его мнению, работали и другие ученые. В качестве примера он привел случай, когда в самом начале его агентурной деятельности, еще в Англии, ему задали вопрос о принципе электромагнитного процесса деления изотопов. О нем в то время в Англии ничего не было известно, так как этой проблемой занимались американские ученые в Беркли, в Калифорнии.
Работу свою мужчины закончили только в четыре часа дня. Фукс возвратился в Харвелл, а Перрин стал надиктовывать свои записи на магнитофон. Теперь служба безопасности располагала всем необходимым. Конечно, ей хотелось уточнить у Фукса еще целый ряд деталей, но главное она уже знала. Пришло время его ареста.
В Англии в это время проходили выборы, на которых с минимальным перевесом вновь победила лейбористская партия. И это затруднило необходимые формальности. Сначала признание Фукса надо было предъявить премьер-министру Эттли. После этого следовало разыскать генерального прокурора сэра Харлея Шоукросса, находившегося где-то в Северной Англии. Правда, тот сразу же приехал в Лондон, ознакомившись с документом в поезде. Специальный отдел Скотленд-Ярда приступил к формулировке обвинения, которое было готово 2 февраля.
Служба безопасности предпочла провести арест не в Харвелле, где еще ничего не было известно о ведущемся расследовании по делу Фукса. Было решено осуществить это в Лондоне, для чего Перрин позвонил Клаусу и пригласил его приехать якобы для некоторых уточнений. Арест должен был произойти в кабинете Перрина, но тот, хотя и согласился, выдвинул условие, чтобы все произошло в его отсутствие.
Фукс приехал на Педдингтонский вокзал в 2:30 дня, затратив на поездку немногим более часа.
Ровно в 2:30 дня Перрин был у себя в кабинете. С минуты на минуту должен был появиться сотрудник Скотленд-Ярда Леонард Берт с ордером на арест Фукса. Поскольку этот сотрудник задерживался, Перрин позвонил в службу безопасности, где ему сообщили, что тот уже в пути. В три часа дня секретарша Перрина доложила, что Фукс прибыл. Перрин распорядился, чтобы Фукс немного обождал в его приемной, и стал срочно звонить в Скотленд-Ярд, так как Берт еще не появился.
Наконец, Берт приехал в сопровождении инспектора полиции в 3:20. Задержка объяснялась тем, что в последний момент в формулировку обвинения было внесено изменение. Фукс, все это время ждавший в приемной, был приглашен в кабинет. Перрин познакомил мужчин и тут же исчез под благовидным предлогом. Берт сразу же объявил Фуксу, что он арестован, и зачитал обвинение. Фукс ничего не ответил. Сев в кресло, он попросил дать ему возможность переговорить с Перрином.
Берт согласился и передал секретарше, чтобы Перрина поскорее нашли. Лицо Фукса вдруг посерело. Мир его иллюзий рухнул. Посмотрев высокомерно на Перрина, он произнес:
– Вы ведь знаете, что означает для Харвелла мой арест?
Чиновники занесли его слова в протокол, после чего Фукса вывели из кабинета и доставили в ближайшее отделение полиции на Боу-стрит.
В заключение судебного процесса 1 мая 1950 года верховный судья лорд Годдард объявил:
– Парламент предусмотрел для вас наказание в виде тюремного заключения сроком на четырнадцать лет, к чему я вас и приговариваю.
Решение о смертном приговоре в Англии выносится в отношении людей, совершивших государственную измену в пользу врага. Фукс же передавал информацию союзнику.
