— Будет больно, — предупредил он остальных, ударив рукой по выключателю, сделанному из спускового крючка.
Зелия ахнула от боли, когда из искореженной пушки вырвался электронный вопль банши. Шум был невыносимым: долгий, пронзительный вой, который, казалось, пронзал ее до костей.
— Нам нужно уходить, — это был Мекки, кричавший ей прямо в ухо, еле слышимый из-за шума пушки. — Импульс долго не продлится.
Он помог ей подняться. Та с трудом подавила тошноту. От этого звука у нее скрутило живот, перед глазами все поплыло, когда она, пошатываясь, поднялась на ноги. Девочка едва могла переставлять ноги, но если это причиняло ей боль, то некрону было гораздо хуже.
Инопланетянин рухнул на снег. Его тело неудержимо дергалось, будто тысячи вольт пронзали его тело. Светящийся глаз мерцал в такт пульсу, из сервоприводов поднимался дым.
Шум затронул не только некрона. Серводомовой Мекки бился в конвульсиях на земле, ошеломленный звуковым ударом. Марсианин подхватил его и направился к деревьям. Блохастик плелся следом. Она двигалась за ними, заставляя себя бежать, лишь смутно осознавая, что Тален бежит рядом.
Некрон не бросился за ними. Он был слишком занят беззвучным криком в небеса. Его ребристый позвоночник выгнулся дугой, скелетообразное тело согнулось вдвое. Затем, с внезапной вспышкой света, он растворился в воздухе.
Они победили... пока.
— Думаешь, мы уничтожили его? — спросил Тален, пока они выбирались из грибного леса.
— Ты сам говорил, что его нельзя уничтожить, — напомнила ему Зелия. — Я думаю, он переместился туда, откуда пришел, чтобы зализать раны.
Визг звукового импульса все еще эхом разносился по замерзшему ландшафту, вызывая тревожный гул с вершины заснеженной горы. Если устройство Мекки вызовет лавину, их спасательная капсула будет погребена, а Эразм был все еще внутри.
Без предупреждения шум прекратился.
— Должно быть, энергоячейки истощились, — сказал Мекки, пыхтя, пока они карабкались по склону к спасательной капсуле. Блохастик что-то пробормотал, на что Мекки ответил кивком. — Мы можем забрать их позже, чтобы использовать для маяка. Конечно, если бы ты упомянул про наличие секретного запаса технических средств…
Блохастик заворчал, когда обвинение повисло в холодном воздухе.
Когда они подошли к капсуле, Эразм уже находился снаружи.
— Что это был за ужасный шум? — спросил он, кутаясь в рукава рубашки.
Тален выглядел так, словно собирался повалить старика на землю.
— Ой, извините, это разбудило вас?
— Тален… — предупредила Зелия, пока он не вышел из себя.
— Нет, все в порядке. Я имею в виду, что на нас не напал некрон, пока он сидел в тепле и уюте.
Лицо Эразма побелело, походя на снег под его ногами.
— Некрон? Здесь?
— Мы все объясним, как только окажемся внутри, — сказала Зелия. — Здесь холодно.
Так они и сделали, запершись внутри капсулы, держа в руках по чашке кипяченой воды.
— Простите, — сказал Эразм, когда они закончили свой рассказ.
Тален не собирался сразу прощать.
— За то, что нас почти убили, или за то, что ты не был рядом, чтобы помочь нам?
Эразм ничего не сказал, но опустил руку на сумку около себя. Тален смотрел на нее с подозрением.
— Что это у вас там?
— Где? — невинно спросил Эразм.
— В сумке.
— Не твое дело.
Тален вскочил, чтобы встретиться лицом к лицу с лексмехаником.
— Ты что-то скрываешь.
Эразм тоже вскочил на ноги и ткнул пальцем в Талена.
— Говорит туннельная крыса, которая не позволила нам заглянуть в его драгоценный мешочек.
— Речь не обо мне, — сказал Тален, сжав кулаки. — Но, если назовешь меня так еще раз, я тебе покажу,
— Прекратите, вы оба! — закричала Зелия, чуть не швырнув чашку через всю капсулу. Что угодно, лишь бы они замолчали.
Первым отступил Эразм.
— Извини, просто…
Он повернулся, чтобы посмотреть на скамью. Его сумка пропала.
— Где она? — закричал он, падая на колени, чтобы посмотреть под сиденьем.
— Это ищешь? — спросил Тален, указывая на Блохастика, который висел вниз головой на перилах потолка с сумкой Эразма в руках.
— Верни, — закричал Эразм, замахиваясь на примата, но Блохастик сунул руку в мешок и вытащил большой обруч из потускневшего металла.
— Что это? — спросил Тален, когда Блохастик спрыгнул на пол. Джокаэро повертел обруч в руках, его глаза блестели от восхищения. Зелия что-то почувствовала, но это не было восхищением. Скорее отвращение.
Обруч выглядел достаточно большим, чтобы носить его как головной убор, и был покрыт странными инопланетными глифами.… те же символы она видела на крыльях косоподобных истребителей, которые атаковали Рал Рату.
— Это…некронское?
Эразм пытался схватить металлический артефакт, но Тален заблокировал ему путь.
— Я так не думаю.
— Прошу, — молил лексмеханик. — Пожалуйста, будьте осторожны с ней.
Зелия протянула руку к Блохастому.
— Можно взглянуть?
Джокаэро уставился на нее, прижимая обруч к волосатой груди. Он взглянул на Мекки, и тот кивнул. Примат фыркнул и протянул его ей.
