Эразм улыбнулся. Она так походила на свою мать.
— Я все исправляю. Как я должен был поступить на Таргиане, — Размахнувшись, он поднял над головой коробку и прокричал через заснеженную равнину: — У меня есть то, что ты ищешь, — крикнул он, и его голос эхом отозвался в ответ. — Она здесь.
—
— Я взял коробку, — подтвердил он.
Ветер теперь свистел вокруг горы, взбивая снег. Надвигалась буря.
— Чего ты ждешь? — проревел он.
На снегу появилась тень. Эразм мог разглядеть угловатое тело, резкие линии, освещенные тускло-зеленым светом пушки дезинтегратора и светящимся глазом.
— Вот ты где, — сказал он, и снежинки прилипли к щетине на его подбородке. — Что же ты так медлил?
— Он сошел с ума, — сказал Тален. — Этот идиот хочет, чтобы его убили.
— Это ты хотел отдать корону, — напомнила ему Зелия, натягивая пальто.
— Куда это ты собралась?
Она направилась к выходу.
— Остановить его. Мы не можем допустить, чтобы реликвия снова попала в руки некронов, особенно после всего, что произошло.
— Этого не произойдет, — сказал Мекки, глядя мимо нее. Зелия обернулась и увидела, что Блохастик держит диадему в руках и безмолвно общается с марсианином.
— Откуда она у тебя? — спросил Тален.
— Похоже, Эразм велел Флеган-Пале хранить ее в микро-измерении, — объяснил Мекки.
— Но если диадема здесь, — спросила Зелия, — То что в коробке у Эразма?
Спектральный свет дезинтегратора вспыхнул еще ярче, когда он развернулся лицом к Эразму. Лексмеханик улыбнулся. Конечно, он был напуган, но в итоге решил загладить вину.
— Разве ты не хочешь увидеть ее? — спросил он инопланетянина, пытаясь скрыть страх в голосе. — Ты ведь через многое прошел, чтобы найти это.
— Диадема, — прошипел некрон. — Отдай ее мне.
— Диадема, значит? Так она называется? Потрясающе. Но думаю, что разочарую тебя.
Эразм швырнул коробку Охотнику под ноги, крышка раскрылась, когда та упала на землю. Глаз некрона запульсировал от гнева.
Вторая звуковая мина Мекки лежала на дне ящика.
— Передайте Диадему Элизе, — крикнул Эразм Зелии по воксу, активируя детонатор, спрятанный в кармане. — Она знает, что с ней делать.
Вой мины эхом разнесся по склону горы. Некрон отшатнулся, и Эразм зажал уши, когда сама гора, казалось, зарычала.
Эразм поднял голову и увидел, что к ним несется лавина, камни и деревья летели вниз по склону.
Он прыгнул вперед, толкая измученного Охотника на катящийся валун. Это было все равно, что пытаться опрокинуть статую.
Визг мины потонул в реве лавины, и мир Эразма покрылся белым.
— Эразм? Эразм, ты здесь? Пожалуйста, ответь.
Голос Зелии дрожал, пока она снова и снова выкрикивала один и тот же вопрос. Грохот лавины заглушил мину, и Тален выбежал наружу, желая убедиться, что они сами не будут погребены.
Постепенно ночь успокоилась, последние отголоски лавины стихли.
Зелия включила вокс и снова задала вопрос, отчаянно желая услышать голос Эразма. Да, он солгал им. Да, он подверг их всех опасности, но это не означало, что она не беспокоилась о нем. Он был ей другом, а теперь его не стало.
— Эразм… пожалуйста...
Чья-то рука коснулась ее плеча.
— Зелия...
Она обернулась, почти ожидая увидеть кривую улыбку Эразма или очки, постоянно сидящие у него на макушке.
Но это был всего лишь Тален, колеблющийся, не знающий, как справиться со своим горем.
Зелия уткнулась головой в грудь бандита и дала волю слезам.
Тален покинул лагерь рано утром, сказав, что собирается проверить, нет ли каких-нибудь признаков некрона. За ночь выпало многосвежего снега, заметая все следы схода лавины. Зелия нашла бандита сидящим на камне и глядящим на грибной лес.
— Нашел что-нибудь? — спросила она.
Он потряс головой, поигрывая застежкой кожаной сумки.
—
Он проигнорировал вопрос, и она решила не настаивать.
— Я имею в виду, если ты не хочешь мне показывать, то все в порядке. Мне просто интересно...
Тален передал ей сумку. Она взяла ее, странно нервничая, расстегивая застежку.
Внутри лежала маленькая деревянная игрушка — гвардеец, лазерная винтовка которого был направлена на неизвестного врага.
— Это подарок брата,— сказал Тален, — перед тем как его завербовали. Сказал, чтобы я хранил его, чтобы он напоминал мне о нем, — Он с грустью улыбнулся. — Как будто я мог забыть.
Она повертела игрушку в руках, прежде чем аккуратно положить ее обратно в сумку.
— Завербовали? Он был имперским гвардейцем?
— Как и мой отец, и его отец до него. Семья солдат...
Она щелкнула застежкой.
— Но только не ты.
— Только не я. Скажем так, у меня были другие идеи. — Тален забрал сумку и прикрепил ее к поясу. — Не хотел погибать в бою с еретиками и... — Он подавил смешок.
— И пришельцами? — подсказала она с понимающей улыбкой. — И как вышло?
Он улыбнулся ей в ответ.
— Забавно, что ты спрашиваешь...
Зелия вытащила свой омнископ и раскрыла его.
— Активация, — объявил когитатор голосом матери.
— Похоже, мы оба носим с собой воспоминания о тех, кого любим, — сказала она.
