Развернулась голограмма данной звездной системы, и адмирал увидел сначала десятки, потом сотни, а затем и тысячи отметок зафиксированных гравитационных аномалий – зон гиперперехода. Вот минуло несколько секунд, и в обычное пространство стали вываливаться неизвестные корабли.
Неприятный сюрприз. Главное – неожиданный. Как известно, никто не любит неожиданности.
– Кто это?!
– Корабли не поддаются идентификации…
– Что ты такое говоришь?! – Изумление адмирала можно было понять. Ведь разведка нейрокорпорантов отслеживала все сколько-нибудь значимые строительные программы, даже индивидуальные проекты, и проморгать строительство такого флота они в принципе не могли.
«Тогда кто?! – мысленно вопрошал адмирал Тапар Кахен. – Кто решил вмешаться в игру?!»
– Сожалею, но…
– Классифицируй их тип!
– Габариты соответствуют среднестатистическому корвету и фрегату…
– Дать изображение ближайших кораблей!
Появилось несколько не очень четких картинок, но и этого было более чем достаточно, чтобы понять, с чем придется иметь дело.
Живые корабли.
Теперь все встало на свои места, и адмирал даже несколько успокоился, хотя количество кораблей противника ощутимо напрягало. Гиперпереходы наконец закончились, и общее количество живых кораблей превысило три тысячи. Точнее подсчитать не представлялось возможным из-за того, что почти сразу корабли стали совершать телепортационные прыжки, с каждым таким прыжком на пару миллионов километров приближаясь к району «особого внимания».
Адмирал невольно сравнил такое перемещение живых кораблей с прыжками летучих рыб, что выпрыгивают из воды, совершая скоростной полет по воздуху, а потом снова ныряют в воду, чтобы спустя пару секунд резко выпрыгнуть. Так и тут, только чуть наоборот, живые корабли ныряли в подпространство, чтобы через пару секунд появиться вновь в обычном измерении, но на гораздо более близкой дистанции. Пройдет совсем немного времени, и все эти тысячи живых кораблей возьмут остатки флота в плотный кокон, и начнется схватка.
Еще неясна их боевая мощь, но многократное численное превосходство скажется в любом случае не самым лучшим образом для изрядно побитого флота нейрокорпорантов. Особенно если они применят тактику, что показали живые истребители, став практически неуловимыми.
– Задействовать РЭБ на полную мощность! Нельзя допустить их прыжковое перемещение внутри наших порядков!
Пока живые корабли неслись со всех сторон, словно стая хищников на стадо каких-нибудь не особо опасных животных, адмирал Тапар Кахен выводил свои корабли из боя с флотом двигателистов, сражение с которыми на данный момент потеряло всякую актуальность. Необходимо было создать плотную оборонительную формацию.
Владислав в очередной раз поморщился. Привыкнуть к поражению снарядами было невозможно, и они ощущались им как обжигающий укол. Пока что повреждения носили в основном поверхностный характер, неприятно, но не смертельно.
За пробоины также можно было считать пробитые в борту несколько ходов, через которые проникли абордажные команды. В конце концов, ни один комплект внутренних органов еще не пострадал.
Гораздо больше проблем доставляло воздействие на мозг «Золотой рыбки» системами псионического подавления по обратной связи. Состояние Роева было сродни нокдауну легкой степени тяжести. Вроде и в сознании, даже координация не сильно нарушена и можешь реагировать на какие-то внешние факторы, но вот сама скорость реакции оставляет желать лучшего. Ну и сконцентрироваться на чем-то очень большая проблема. Хуже то, что состояние постепенно ухудшалось. Противник умело менял уровень воздействия, так что привыкнуть и выработать сопротивляемость не удавалось.
«Как-то этот момент мы упустили, – с сожалением подумал Владислав. – Точнее, сделали защиту недостаточной. Надо будет сделать усиленное экранирование…»
У Эхинацеи в этом плане дела обстояли гораздо лучше. Она управляла вооружением и контролировала продвижение вражеского десанта. В принципе его могли достаточно быстро задавить, но тянули в надежде добраться до пылевого облака. Ведь пока десант внутри и у противника есть надежда на их захват, они ведут не столь интенсивную стрельбу.
И именно то, что воздействие на нее было минимальным, позволило ей первой, почти сразу заметить проявление аномалий гиперперехода.
– Они пришли…
– Кто? – не сразу сообразил Владислав, получивший очередной обжигающий укол в район поясницы.
– Потомство «Золотой рыбки».
– Ну, наконец-то, явились не запылились…
Но, несмотря на ворчание, в его голосе звучали облегчение и надежда.
Что же до только что появившихся в системе живых кораблей, то когда ситуация на планете более или менее устаканилась и их перестали регулярно пробовать на прочность с попытками подмять под себя, Владислав с Эхинацеей, понимая, что рано или поздно их найдут и захотят придавить серьезные игроки галактической арены, решили сделать закладку на будущее, так сказать запастись некоторой дополнительной боевой мощью.
