Именно поэтому лидеры турецкого национального движения рассматривали признание независимости Азербайджана на Парижской мирной конференции, как попытку Антанты помешать объединению Турции и Советской России.
Сложно сказать, когда Кемаль узнал о решениях конференции в Сан-Ремо, но уже 26 апреля 1920 года Казым Карабекир-паша получил приказ Великого Национального Собрания Турции действовать совместно с большевиками.
А теперь, зная политический расклад «перед боем», давайте посмотрим, как развивались события дальше.
26 апреля 1920 года Кемаль написал письмо Ленину с предложением Великого Национального Собрания Турции установить дипломатические отношения и с просьбой о помощи.
За оружие и деньги Кемаль брал на себя военные операции против империалистической Армении и обязывался заставить Азербайджанскую Республику войти в круг Советских государств.
Некоторые историки увидели в этом письме согласие Кемаля на оккупацию Советами Азербайджана, которая началась на следующий день.
Но это было не так.
Москва и без «согласия» Кемаля захватила бы Азербайджан, поскольку нуждалась в нефти, и еще декабре 1919 года создала экспедиционный корпус для операции по овладению Баку.
А после того, как Союзники признали в январе 1920 года независимость Азербайджана, большевики поняли, что тянуть дальше нельзя.
Потому и отказывали на все просьбы Баку признать его независимость.
17 марта 1920 года Ленин телеграфировал Реввоенсовету Кавказского фронта: «Взять Баку нам крайне, крайне необходимо».
И взяли.
Вторжение советских войск в Азербайджан производилось по стандартному большевистскому сценарию: местный ревком поднимал настоящее или «виртуальное» восстание рабочих и обращался за помощью к Красной Армии.
28 апреля войска XI Красной Армии вошли в Баку и объявили Азербайджан советским.
Вложили свою лепту в советизацию Азербайджана и кемалисты.
— При нашем влиятельном содействии и помощи, — говорил по этому поводу сам Кемаль, — советские армии легко прошли Северный Кавказ и вступили в Азербайджан. Азербайджанцы встретили прибывшие войска с полным спокойствием. Советские армии приняли необходимые военно-стратегические меры на границах Армении и Грузии и вместе с этим приступили к установлению непосредственной связи с нами…
Так оно и было, и кемалисты оказали некоторое, хотя и весьма ограниченное, содействие восстановлению советской власти в Баку.
Судя по-всему, именно тогда Халиль-паша получил обещание от большевиков дать кемалистам оружие.
После эвакуации в ноябре 1918 года турецких войск из Азербайджана там осталось довольно много турецких офицеров, которые стали поддерживать кемалистов.
Подпольный Кавказский Крайком установил с ними контакт, и они сыграли положительную роль в выступлениях против мусаватистов.
Не сидел без дела и эмиссар Кемаля в Баку Халиль-паша.
«Моей главной задачей, — писал он в своих мемуарах, — было добиться к весне 1920 года приближения советского влияния к турецким границам».
Вполне возможно, что именно он и положил начало большой политической игры между большевиками и кемалистами.
Как отмечает турецкий автор Омер Коджаман, турецкие националистические лидеры и офицеры сыграли важную роль посредников в манипулировании настроениями мусульман Азербайджана.
В апреле турецкие националисты совместно с коммунистами организовали митинги в Баку, стараясь заполучить поддержку населения азербайджанской столицы.
В апреле Халиль-паша доносил командующему кемалистскими вооруженными силами генералу Карабекиру, что в Азербайджане «солдаты намерены очистить Карабах от армян», и что народ и солдаты с нетерпением ждут пересечения границ турецкой армией, чтобы «достичь этой цели в короткий период времени».
В ответном послании от 28 апреля Карабекир отметил, что «целью всех турок является объединение тюркских братьев» и потребовал «не ослаблять военной компании против Карабаха».
Халилю поручалось довести до азербайджанских кругов, что кампания против армян должна вестись «со всей жестокостью и наводить ужас».
«Азербайджанское правительство, — писала 4 мая выходившая в Батуми газета „Ислам гурджистани“, — азербайджанская Красная армия приступают к действиям для того, чтобы двинуться на Армению и, разгромив ее, соединиться с османскими турками в Анатолии…»
Принимали «турецкие товарищи» участие и в подготовке вооруженного восстания против законного правительства.
И, наверное, далеко неслучайно Орджоникидзе в своем докладе Ленину писал: «Весьма активную роль в пользу революции в Баку сыграли турецкие аскеры и офицеры, отряд которых пресек правительству возможность бежать из Баку».
Иными словами, эмиссары Кемаля не только тесно сотрудничали с большевиками, но и завоевали у них к тому времени определенное доверие.
Конечно, Азербайджан был бы оккупирован и без них, но именно они своей работой убедили большевиков в серьезности намерений Кемаля.
Так что в Москве ко времени написания Кемалем письма Ленину были не только наслышаны, но и видели практические дела его сподвижников.
