В июне в Анкару якобы с частным визитом прибыл бывший председатель комитета по иностранным делам Национального собрания Франции Анри Франклен-Буйон.
На самом же деле он приехал в качестве представителя министра иностранных дел Франции Аристида Бриана, и главной темой их бесед были все те же пресловутые капитуляции, в сохранении которых так нуждалась вложившая больше всех в Османскую империю Франция.
Однако Кемаль придерживался на этот счет совсем другого мнения, и после длительного торга Франклен-Буйон отправился в Париж для «более детального рассмотрения этого вопроса».
Франклин-Бульон безрезультатно отбыл в Париж, но в качестве жеста «доброй» воли 8 июня 1921 года французские войска оставили Карадениз Эрегли, а 18 июня — Зонгулдак.
Не договорился Кемаль и с англичанами, и когда генерал Гарингтон предложил ему встретиться на борту британского крейсера «Аякс», он был категоричен.
«Я, — писал он, — приветствую ваше решение встретиться со мною, вил он, но такая встреча возможна только при условии, что на ней пойдет речь о предоставлении Турции полной независимости и вывода всех оккупационных войск.
Если же вы намерены обмениваться мнениями по всем этим вопросам, то для такой беседы вполне будет достаточно моего представителя…»
Несмотря на резкий тон послания, англичане увидели в нем желание к сотрудничеству и выпустили арестованных 16 марта националистов с Мальты.
В Анкару прибыли главный идеолог националистов Зия Гёкальп, старый приятель Кемаля Али Фетхи, Рауф, лидер «Каракола» Кара Васыф, генерал Якуп Шевки и еще несколько видных политиков.
Кемаль был доволен: в своей борьбе с депутатами он нуждался в преданных ему людях.
И для того, чтобы еще больше влиять на меджлис, он создал в нем свою фракцию, названную им Группой защиты национальных прав, составившую парламентское большинство.
На самом же деле он принимал то или иное решение в узком кругу и только потом проводил его через меджлис.
Создание Группы защиты явилось весьма симптоматичным признаком, поскольку из национальной организации Общество защиты национальных прав Анатолии и Румелии превращалось в политическую.
А это означало только то, что теперь Кемаль мог исключать из своих рядов всех тех, в чьей лояльности у него возникало хотя бы малейшее сомнение, самым что ни на есть законным образом!
Оппозиция создала свою собственную Вторую группу, а поскольку ее лидеры представляли восточные районы страны, эрзурумское Общество защиты национальных прав стало называться Обществом защиты национальных прав и святого наследства, под которым подразумевались султанат, халифат и шариат.
И именно они явились инициаторами отставки премьер-министра Февзи из-за утверждения несбалансированного бюджета.
Тем не менее, Кемаль в результате сложных политических интриг добился его переизбрания на этот пост в новом кабинете министров, в котором Али Фетхи стал министром внутренних дел.
На место «съеденного» депутатами за уступки в Париже министра иностранных дел Бекира Сами Кемаль поставил преданного ему Юсуфа Кемаля.
В эти же дни он выступил с большой речью на съезде учителей в Анкаре.
— Новое поколение, — заявил он, — должно проникнуться чувством порядка и дисциплины. Наша новая культура должна быть свободна от всех чужеземных идей и иметь свой собственный характер!
Но, увы, пока ему было не до культуры!
Король Константин заявил на весь мир о своей решимости сломить сопротивление «анатолийских банд, стремящихся к ниспровержению порядка, установленного Севрским договором», и Лондон благословил его на будущие подвиги.
И теперь уже стотысячная греческая армия двинулась вглубь Анатолии.
9 июня греческий броненосец «Халкида» обстрелял порт Инеболу, Греция начала оказывать поддержку османским грекам.
Через три дня король Константин высадился в Измире в сопровождении премьер-министра Гунариса, военного министра Теотокиса, нескольких генералов и трех принцев.
— Солдаты! — обратился он к армии. — Голос родины снова позвал меня возглавить вас. На этой священной земле вы сражаетесь за греческий идеал. Вперед!
И солдаты пошли.
Греки взяли Ушак и, занимая один город за другим, продвигались к Анкаре.
Инегёль, Енишехир, Афьон, Карахисар, Кютахья, — все это этапы победного шествия греческой армии.
Находившйися с Генеральным штабом в Эскишехире Исмет был мрачнее тучи.
Он в четыре раза увеличил численность армии на фронте, привлек новые подразделения и дивизии, создал мобильные отряды, предназначенные для нападения на греков.
Но оборона на линии Афьон — Кютахья — Эскишехир распалась.
Турецкая армия потеряла огромное количество убитыми и ранеными, дороги были забиты тысячами беженцев, и кольцо окружения сжималось все теснее.
Ллойд-Джордж радостно заявил:
— После одержанных Грецией блестящих побед она уже не может довольствоваться Севрским договором и должна получить удовлетворение в более широких масштабах!
Под натиском греков левое крыло армии отступило, и Эскишехир оказался в клещах.
Кемаль спешно прибыл в Генштаб и долго беседовал с с Исметом
Внимательно выслушав его, он сказал:
