Человек, сидевший перед столом Риардена, казался каким-то расплывчатым, и манеры его также были лишены выразительности, так что никто не мог бы запечатлеть в памяти его лицо или обнаружить в нем самом нечто особенное. Единственной отличительной чертой его был нос картошкой, чуть великоватый для прочих черт; держался он кротко, однако в поведении его заметен был некий абсурдный намек — угроза, преднамеренно скрываемая, но так, чтобы все же оставаться заметной. Риарден не мог понять цели встречи. Визитер этот, доктор Поттер, занимал какую-то непонятную должность в Государственном научном институт.
— Чего вы от меня хотите? — в третий раз спросил Риарден.
— Я прошу вас учитывать социальные аспекты, мистер Риарден, — негромко проговорил Поттер. — Я умоляю вас не забывать, в какое время мы живем. Наша экономика к этому не готова.
— К чему именно?
— Наша экономика находится в состоянии крайне шаткого равновесия. И все мы должны объединить свои усилия, чтобы спасти ее от коллапса.
— Хорошо, и что я должен сделать для вас?
— Таковы соображения, на которые меня попросили обратить ваше внимание. Я представляю Государственный научный институт, мистер Риарден.
— Вы уже говорили. Но чего ради вы решили встретиться со мной?
— В Государственном научном институте сложилось неблагоприятное мнение о риарден-металле.
— Знаю.
— Но разве это не является фактором, который вы должны принять во внимание?
— Нет.
За широкими окнами кабинета темнело. Дни стали короткими. Риарден заметил неправильной формы тень носа, легшую на щеку визитера, и следившие за ним блеклые глаза; рассеянный взгляд, тем не менее, был целеустремленным.
— В Государственном научном институте собраны лучшие умы страны, мистер Риарден.
— Мне говорили об этом.
— И вы, конечно же, не намереваетесь оспаривать их мнение?
— Намереваюсь.
Гость посмотрел на Риардена как бы моля о помощи, словно бы Риарден нарушил неписаное правило, требовавшее от него давным-давно понять всю щекотливость своего положения. Риарден помогать не стал.
— И это все, что вы хотели выяснить? — спросил он.
— Дело во времени, мистер Риарден, — умиротворяющим тоном произнес посетитель. — Это всего лишь временная задержка. Нужно, чтобы наша экономика получила шанс на стабилизацию. Если бы только вы согласились подождать пару лет.
Риарден усмехнулся — весело и презрительно.
— Так вот что вам нужно? Хотите, чтобы я убрал риарден-металла с рынка? Почему?
— Всего несколько лет, мистер Риарден. Только до того как…
— Вот что, — проговорил Риарден. — Могу ли я задать вам вопрос: неужели ваши специалисты решили, что риарден-металла совсем не то, за что я его выдаю?
— Мы не делали такого заключения.
— Вы решили, что он плох?
— Речь идет о социальной значимости вашего изобретения. Мы мыслим в рамках всей страны, нас заботят общественное благосостояние и терзающий нас в настоящий момент ужасный кризис, который…
— Так хорош риарден-металл или плох?
— Если рассмотреть настоящий вопрос под углом вселяющего тревогу роста безработицы, который в настоящее время…
— Так значит, он хорош?
— Во время отчаянного дефицита стали мы не можем позволить себе дальнейшее увеличение производства сталелитейной компании, выпускающей слишком много продукции, потому что она в таком случае вытеснит фирмы, производящие слишком мало, что приведет к нарушению стабильности экономики, что в свой черед…
— Вы намереваетесь дать ответ на мой вопрос?
Посетитель пожал плечами:
— Оценки всегда относительны. Если риарден-металл плох, он представляет для общества физическую опасность. Если же хорош — социальную.
— Если вам есть, что сказать мне о физической опасности, которую может представить риарден-металл, выкладывайте. Остальное можно опустить. Сразу же. Я не понимаю этого языка.
— Но вопросы общественного благосостояния, конечно же…
— Оставим эту тему.
Посетитель, казалось, пребывал в полном смятении, словно его ноги потеряли опору. И через какое-то мгновение он беспомощным тоном спросил:
— Но что же тогда является основной сферой ваших интересов?
— Рынок.
— Что вы имеете в виду?
— На риарден-металл существует спрос, и я намереваюсь удовлетворить его в полной мере.
— Но не является ли понятие рынка чем-то гипотетическим? Реакция общества на ваш металл не обнадеживает. За исключением контракта с
— Хорошо, раз публика, по-вашему, не интересуется моим металлом, что же вас беспокоит?
— Раз публика не интересуется им, вы понесете крупные потери, мистер Риарден.
— Ну, это уж моя забота, а не ваша.
— Но если вы проявите хоть какое-то стремление к компромиссу и согласитесь подождать несколько лет…
— Почему я должен ждать?
— Но, по-моему, я дал вам понять, что Государственный научный институт не одобряет появления риарден-металла на металлургической сцене в настоящее время.
— Почему ваше мнение должно интересовать меня?
Гость вздохнул:
— Вы — трудный человек, мистер Риарден.