- Что вы! - усмехнулся падре. - Это я хочу оказать содействие прекрасной даме. Пожалуйста, взгляните на это.
Он пододвинул Сизовой папку. Там были фотографии домов. Рекламные листки с машинописным текстом содержали характеристики зданий, сведения об их местонахождении и стоимости.
- Как видите, выбор богатый. Вам какой нужен дом? Только ли для жилья?
- В том-то и штука, что не только. Видите ли, я собираюсь открыть дело.
- Вот как! Это будет магазин?
Собеседница улыбнулась и покачала головой.
- Если не магазин, то что же тогда? - Падре вспомнил вдруг ужин в таверне и острый интерес этой особы к пирожным. Он откинулся в кресле, хитро посмотрел на собеседницу: - Кажется, я знаю, какое дело собираетесь вы открыть. Это будет кондитерская.
Он увидел, что попал в цель. Собеседница, готовившаяся взять очередную фотографию, задержала руку. В глазах ее священник прочитал удивление, даже растерянность.
- Да, это кондитерская. Но такая, какой еще не имел ваш город!
- Вы большая специалистка по этой части?
Гостья ответить не успела. Послышались торопливые шаги, и дверь распахнулась. На пороге стояла девушка в брюках и высоких башмаках на шнуровке, в грубой брезентовой куртке, то ли порванной, то ли прожженной, с револьвером в руке.
- Падре, - проговорила она, задыхаясь от быстрой ходьбы, - падре, умирает человек... - Обернулась к двери: - Лино, Чако!
Двое парней с карабинами за плечами, в такой же грязной и изорванной одежде втащили в кабинет носилки, на которых лежал человек.
Появился еще один вооруженный юноша, а перед ним пятился, подняв руки, церковный служитель - тот самый, что встречал Сизову на паперти.
- На стол! - скомандовала девушка носильщикам.
Те подняли свою ношу. Священник едва успел убрать со стола папку с фотографиями и телефонный аппарат.
Человек, которого принесли, неподвижно лежал на столе. Это был старик с аскетическим лицом и ввалившимися глазами. На нем были шорты, из-под них торчали худые, как палки, ноги с уродливыми коленями и огромными ступнями. Девушка осторожно приподняла старика, и тогда все увидели рану у него на голове - кровь комом запеклась на темени.
- В старика стреляли?
Девушка кивнула.
- Сверху? - продолжал расспрашивать падре. - С дерева или с какой-то скалы?.. Вообще, кто вы такие?
- Мы не преступники! - вдруг крикнула девушка. - Мы честные люди.
Она сжимала револьвер и почти с ненавистью глядела на священника.
- Этот человек умирает, - сказал он, пощупав пульс старика. - А я не врач и ничем не могу помочь.
- Как же ты определил, что человек умирает, если не являешься врачом?
- Кто вы такие? - повторил свой вопрос священник, разглядывая девушку и ее спутников. - Вы пришли из сельвы? Живете там?
- Мы честные люди, никому не причиняем зла. Но нам надо есть. Мы должны иметь хоть немного денег, чтобы купить материи и прикрыть наготу.
- Из каких вы мест?
- С берега Синего озера.
- Вот как... Недавно там разбился полицейский геликоптер. - Священик показал на раненого старика: - В него стреляли с геликоптера?.. Почему ты молчишь? Это вы сбили геликоптер?
- Каждый имеет право защищаться, если на него нападают люди или звери, все равно кто!
- Ты не ответила. Кто сбил полицейский геликоптер?
- Я сказала, что знала, - в голосе девушки звучал вызов. - Окажите помощь раненому.
- А я сказал, что не являюсь врачом.
Раненый застонал. Он лежал запрокинув голову и силился сглотнуть.
- Отец! - девушка склонилась над носилками. - Это я, Хосеба. Слышишь меня, отец?
- Где я?.. - с трудом проговорил раненый.
- В городе. Мы принесли тебя в церковь. Здесь падре.
- Расскажи ему... - старик начал фразу, но закончить ее не смог только беззвучно шевелил губами.
Девушка метнулась к столику в углу комнаты, где стоял графин с водой, стала поить отца. Дыхание раненого сделалось ровнее, глубже.
- О чем рассказать? - спросила его девушка. - Хочешь, чтобы они узнали о тех негодяях?
Старик согласно наклонил голову.
- Что это за люди? - спросил падре.
Девушка повернула к нему голову:
- Немцы!
Падре вздрогнул.
- Что за чепуха, - пробормотал он.
- Немцы, - повторила Хосеба. - Появились внезапно, окружили лагерь, стали стрелять...
- Вооруженные немцы? - падре беспокойно облизнул губы. - Говорите, напали на ваш лагерь? Нет, это сущая чепуха.
- Напали, открыли огонь. Хотели взять нас живыми, поэтому палили в воздух. Стреляли вверх и медленно продвигались. Нагоняли панику, чтобы мы не сопротивлялись и сдались им на милость.
- Как же вы ушли?
- Знали тайный ход - глубокую расщелину, почти туннель. Улучили минуту и ушли туда. А немцы...
Девушка прервала себя на полуслове - раненый вновь застонал, стал биться на носилках.
- Падре! - она рухнула на колени, молитвенно сложила ладони перед грудью: - Падре, спасите отца!
- Но я не врач.
Сизова не сводила глаз с девушки. Что за люди охотятся на жителей сельвы, да еще и пытаются взять их живьем? Дочь раненого старика утверждает, что это немцы. Откуда они появились в дебрях тропического леса?
Хосеба продолжала валяться в ногах у священника, моля, чтобы тот оказал помощь раненому.
