«А чего такой недовольный? — поинтересовалась Золина после того, как они пересекли врата, — Мы, наконец-то, вернёмся к нашему учителю и продолжим воевать плечом к плечу» Юный щитоносец отвечал: «Да нет, я доволен. Просто не показываю это» — «Ты и в самом деле думаешь, что мы с Вихрем поверим в это? Да ты ж такой, что у тебя на лице всё написано. Давай выкладывай. Что, у тебя там любовь в Вальдэре появилась?» — «Это у тебя там любовь появилась. Я ж говорю, что рад примкнуть к Дракалесу. Просто не показываю это» — «Ладно, я надеюсь, что он озвучит причину твоей печали, чтобы мы знали. Эх, вы только представьте: снова рядом с ним. Почувствовать этот дух войны, испытать этот боевой раж, снова быть сильными и уверенными. Наверняка мы идём в нападение» Вихрь отвечал: «Согласен, а то я что-то истосковался по сражениям. Я столько тренировался, что хочу новые приёмы уже на противнике отработать» Асаид ничего не сказал. Его вырвали из этого состояния покоя, которое начало овладевать им. Ему нужно будет распрощаться с беззаботными днями, с громким смехом и обожанием, которое он ловил на себе от других воителей. Теперь нужно будет постоянно сражаться, мало спать и быть как все. Вихрь рвался в бой, чтобы испытать зелье Индура. Алхимик провёл множество усовершенствований и вывел идеальную формулу. Осталось теперь только испытать её в бою. Вихрь нёс собой склянки с новыми отварами. А, чтобы не разбить их, каждая баночка была обёрнута кожей. И всё-таки у него на шее висел металлический флакон, в котором находилось средство, которое способно нейтрализовать воздействие любого зелья, на тот случай, если что-то всё-таки пойдёт не так во время этого сражения. Если всё пройдёт, как надо, воинство южан получит огромное преимущество. Никто, кроме Золины и Дракалеса не знал об этом. Поэтому он и сказал, что выучил новые приёмы, а потому спешит испытать их в бою. Золина стремилась к Дракалесу по понятным причинам. И, говоря со своими друзьями, она ничего не скрыла.
