Дракалес, как всегда, стоял на стене и глядел на звёзды, ведя беседы со своей верной спутницей. Однако в этот раз к ним присоединился Вихрь. Тайна зелья силы была открыла Дракалесу и Золине, а потому он мог смело обсудить с ними результаты эксперимента. Он сказал, что сразу после начала вторжения он использовал силу Атрака для того, чтобы умчаться в противоположную сторону Куорма, чтобы испить зелье, пока его никто не видит, а после принялся сражаться с воителями, которые начали подступать к нему. Дальше он принялся подбирать различные сравнения, чтобы постараться описать то, на что оказался способен с силами, дарованными этим варевом. Его послушать — так он мог вообще летать и крушить черепа только лишь одним ударом голого кулака. Настолько могущественным сделался он от смешения этих двух сил, что тяжесть доспехов и собственного тела не ощущались совсем. Он как будто бы обрёл свободу, которая не предназначена для человека. А разум его сделался настолько могущественным, что он буквально на ходу придумывал рукопашные приёмы, хотя никогда не занимался этим. Всю свою жизнь он оттачивал мастерство владения мечом. А теперь, какое бы оружие ни попало ему под руку, он сразу же обретал возможностью пользоваться им так, как будто бы он всю жизнь с ним тренировался. Правда, цепы в таком бою были бесполезны. Противник был слишком увёртлив, чтобы попасть по нему набалдашником, а цепь не остановишь так, как, например, тот же меч. В общем, всё то же самое, что и понял Дракалес, когда познавал мастерство управления этим оружием. Дослушав до конца воодушевлённый пересказ событий, произошедших с Вихрем, ваурд принялся показывать, как у него получается управлять цепом. И, когда все увидели, как цепь замирает следом за остановкой удара, то поддались удивлению. Вроде бы в руке исполина цеп, но ведёт себя, словно это — булава. Вихрь взял и попробовал сделать так же, думая, что не всё знал об этом оружии, предполагая, что есть какая-то позиция этого оружия, при котором подвижная часть может фиксироваться и превращаться в булаву. Однако через какое-то время его пустых потуг Дракалес признался, что делает это при помощи своих божественных сил, а потому тот может не стараться повторить этот приём. Вихрь отложил это оружие и заключил, что оно довольно бесполезное. Но ваурд сказал, чтобы тот не торопился с выводами, а после объяснил, против кого особенно хорошим будет это оружие: «Воинство Адина помимо мечей носит ещё и щиты. Именно благодаря щитам они настолько непробиваемы. Однако цеп как раз таки был придуман для того, чтобы обойти такую защиту. Воитель перед тем, как нанести удар, выставляет вперёд свою защитную пластину. Если ты следил за стилем битвы Асаида, он никогда не идёт в бой, опустив свой щит. Наоборот, он выставляет его так, чтобы любой удар пришёлся именно по нему, именно по щиту. Но цеп лишает щитника этого преимущество. Подвижная часть этого оружия облетает пластину, и удар набалдашника приходится именно по человеку. Если воитель пренебрёг шлемом или наплечниками, этого удара будет достаточно» Рассказывая всё это, Дракалес также и наглядно показывал, как происходит удар, как цепь ложится на ребро щита, а шипастая сфера продолжает полёт. Поэтому Вихрь и Золина могли всё это даже представлять. В конце этого объяснения меченосец признался, что и подумать не мог, будто бы всё настолько сложно. Вихрь сказал, что считал цеп просто очередным видом оружия, якобы он был придуман лишь просто для разнообразия. Но теперь его глаза открылись. И ему было о чём подумать. Золина же попросила Дракалеса показать ей вновь то, как это оружие замирает в воздухе. Ваурд, конечно же, не отказал ей, и она стала расспрашивать его об этой божественной силе, что ещё умеет Дракалес. Но, конечно же, главное, что ей нужно было от этой силы, так это понимание. Она хотела иметь такую же власть над оружием. Тарелон, само собой, понимал это, а потому сразу же предупредил, что обладать такой властью могут лишь ваурды и ратарды. Человеку или какому другому существу, не являющемуся воином Атрака, такое мастерство будет недоступно. И всё же девушка не оставляла попыток понять, как именно Дракалес делает это, прося его повторить это снова и снова, а также описать, что именно он для этого делает. И ваурд не отказывал ей в этом.
