Так поётся в одной песне о пришествии багряного воинства. И сейчас именно это и происходило. Каждый воитель, перенесённый сюда Аласом и Ятагом, с собой нёс самую настоящую войну. По дорогам, по горам, по лесам, по воде, по огню, по болотам, на равнины, в пещеры и города — всюду проникали они. Словно дикий вихрь рвались они вперёд, неся вражду и стремление воевать. Столь же стремителен был и дух войны. Он заполонил весь мир и пробуждал в этих людях жажду битвы. Сначала они просто менее терпимо относились друг ко другу. Позднее они не могли сдержать ссор. А со временем эти сколы и распри превращались в откровенную вражду. Они кидались драться, но не могли сдержать гнева. Они побеждали, но испытывали алчность. Они воевали, но делали это с безумием. Да, здесь велись неправедные войны. Но томелон допускал их. Когда воители Атрака встречали кого-нибудь, кто был втянут в сражение, они мчались дальше. А, когда им попадались те, кто ни с кем не враждовал, они сами начинали биться с ними. Хватало, конечно, всего-навсего одного удара, но это было завоеванием. А потому завоеватели никого не щадили.
Победоносец стремился вперёд, к самым дальним и самым сильным народам, которые здесь существовали. Ноги несли его по торговым путям, на которых можно встретить больше всего людей. И каждого, кто попадался ему на пути, он убивал, потому что дух войны в этих местах ещё не успел уплотниться, а потому люди тут не враждовали друг с другом, а лишь готовились к этому. Они спорили и ссорились, но пока что держали свои кулаки и оружия при себе. Вот, на дороге стоят двое караванщиков. Один вёл свой обоз в одну сторону, другой — в противоположную. Они остановились поговорить и обменяться чем-нибудь. Одни предложит то, чем богат сам, но чего не достаёт другому. А второй сделает то же самое и для первого. Но, когда завоеватели пришли сюда, они начали вдыхать воздух Атрака. И теперь вести разговоры стало сложнее. Один завидовал другому. Второй ненавидел первого. И вот, они стоят и спорят, когда рядом сверху приземлился громоздкий воитель в красных латных доспехах. Оба спорщика от такого упали наземь, будучи не в силах удержаться от его нападения, а их лошади так вовсе испугались и помчались прочь, унося за собой и весь обоз. Но купцов это совсем не волновало. Аура победы, которую источал громила в красном, заставляла их думать лишь об одном — сражаться. Поэтому поднявшись с земли, они вынули из-за поясов кинжал и меч, а после бросились двое на одного. Громогласный хохот оглушил округу, и размашистый удар Орха отнят две жизни. Немедля ни мгновения, он, как ни в чём не бывало, продолжил свой путь, устремившись дальше по этой дороге, на которой ещё не раз встретил таких же спорящих купцов. И каждый раз лилась кровь, головы летели с плеч, и кровожадный смех венчал весь этот процесс.
