— Взял бы да помог обзавестись мебелями от мастера Гамбса! — почти обиделся я.
— А самому слабо? — Денис откинулся на спинку, положил ногу на ногу. — Попросил бы Гершуню, он бы в помощи не отказал.
— И сорвал бы свой процентик, — ухмыльнулся я. — Нехилый такой процентик. Процентище!
— Ну, не без этого, — засмеялся Денис.
— Ладно, рассказывай, — сказал я. — Зачем пришел.
Денис стал рассказывать. Поведал, про увольнения, последовавшие за моей «неудачной» (опять же, смотря для кого) поездкой в Москву. Про новые назначения, нового начальника Управления. Про свою беседу с ним и последовавший отказ от увольнения. Рассказал всё без утайки или что-то умолчал, я не понял. Но при этом ни разу не соврал. Это я увидел.
— Значит, поставил задачу подружиться, — задумчиво повторил я. — И помогать мне решать возникающие вопросы?
— Ну, ты-то не наглей! — с облегчением засмеялся Денис. Внутреннее напряжение, мучавшее его с начала нашей встречи, рассеялось.
— А то скажешь, подайте мне бочку варенья и корзину печенья! — пошутил он.
— Нет, — хищно улыбнулся я. — Мне машина нужна и права. Это, во-первых…
У Дениса вытянулось лицо:
— Ну, у тебя и запросы!
— Будет и во-вторых, и в-третьих… Ты не сомневайся!
— И в мыслях не было, — вздохнул Денис. — Резко ты старт взял: машину тебе и права…
— Я последнее время много езжу, — я пожал плечами, вспомнив о перспективах. — И на общественном транспорте как-то не с руки. Да и не ходит он по ночам.
— Так может, хотя бы первое время я тебя покатаю? — предложил Денис.
— Так ты ж потом всё своему начальнику расскажешь, так ведь? — нарочито печально спросил я. А сам подумал, что, в принципе, пусть рассказывает. Что он может рассказать, допустим, после ночной поездки на то же еврейское кладбище? Ведь он за мной не попрётся? А если и попрётся, то что он увидит в темноте?
Устинов помялся, потом предложил:
— Мы можем сначала договориться между собой, что можно рассказать, а что нельзя.
— Ладно, — решил я. — Там видно будет! Давай сегодня съездим в одно место?
— Давай! — тут же согласился Денис. — А куда и во сколько?
— Вечером, часов одиннадцать, — ответил я. — А куда, я тебе по дороге скажу.
Кладбищенская практика
К Альбине я заскочил сразу, как только уехал Денис. Она открыла мне, чмокнула в щеку и сходу мне объявила, что занята, что у неё сегодня дела и прочее, и прочее, и прочее. Я изобразил унылое выражение лица, на что она вздохнула и развела руками:
— День рождения у Иркиной подруги. Договаривались сходить неделю назад.
— Мужики будут? — строго спросил я.
— Будут, — засмеялась Алька. — Куда ж без них? Не переживай, я девочка примерная и своему жениху не изменяю. Даже в мыслях!
Я улыбнулся, обнял её:
— Знаешь, даже не сомневался! Ни капельки.
Она чмокнула меня в щеку, отстранилась и сказала:
— Цветана сказала, что от тебя моя сила растёт. А еще ты, если захочешь, у меня можешь её забрать совсем. Так что, — она засмеялась, — мне совсем не с руки с тобой расставаться!
Она же всю дорогу обратно из деревни проспала у меня на плече, а расспросить её о результатах разговора с ведьмой больше времени и не было.
— Да я, собственно, хотел тебя на дискотеку сегодня позвать, — сообщил я. — В Химик. Но у меня тут дела кое-какие образовались…
— Видишь, как у нас с тобой всё удачно, — заключила она. — Ладно, не мешай мне. Мне собираться надо, одеваться, накраситься. И насчет подарка что-то придумать…
Данный расклад меня порадовал.
Устинов приехал ко мне в половине одиннадцатого вечера. Maman уже легла спать. На всякий случай я подстраховался, выпустив в неё конструкт сна — чтоб не проснулась, когда я буду выходить или вернусь. Заклинания должно было хватить на четыре часа.
Я надел куртку, повесил за пояс нож, сунул в карман фонарик. Накануне проверил его работоспособность, заменил батарейки.
— Привет! — Денис ждал меня в машине.
— Привет! — ответил я. — Печка хорошо работает?
— Нормально! Не замерзнешь. Так куда едем?
— В Заречный.
— Это где Гена что ли живёт? — уточнил Денис.
— Туда.
Мы поехали. Денис вел машину аккуратно, не спешил, даже несмотря на то, что дороги в городе всё-таки чистили и посыпали. Тротуары были все в сугробах, а вот проезжая часть чернела асфальтом.
— Притормози возле кладбища! — попросил я.
— Какого? — удивился Денис.
— У еврейского, конечно! Здесь разве еще есть кладбища?
Денис скорчил удивленную мину, покосился на меня, но смолчал. Он остановил машину у самых ворот, тех самых, что были закрыты на тяжелый ржавый замок. Калитка, как и в прошлый раз, оказалась открытой. Только тропинки или дорожки на кладбище на этот раз не было вовсе. Всё напрочь было занесено снегом. И, как всегда, фонарей в округе не было и в помине.
— Ты туда? — скептически поинтересовался Денис. — Ноги переломаешь!
— Есть волшебное слово у вас, — ответил я. — Так надо.
— Надолго?
Я пожал плечами.
— И всё-таки? — настаивал Денис. — Мне тебя сколько ждать? Потом что делать? Тебе на выручку или бригаду «ух» вызывать?
