– Как против населения? Они же их граждане.
– Точно не той банды, что пришла к власти, – покачал головой Алексей Лаврентьевич.
Ахмед слушал и мрачнел с каждой секундой. Ему совсем не нравилось, какой оборот приобретает дискуссия. И дело было не в том, что группа отморозков собиралась развязать террор прямо под боком у его страны. После развала некогда великого государства, «западные партнеры» уже не раз устраивали хаос на территориях бывших республик, ставя во главе правительств угодных себе лидеров, без всякой оглядки на кровь местного населения. В те времена Заринов был далек от высоких кабинетов и дословно не знал, что происходило здесь же, примерно в том же составе. Но от товарищей постарше слышал, что в процессе дискуссии сам Глава констатировал неготовность Города оказать какое-то существенное влияние на происходящее. Но сейчас в голосе Владимира Васильевича явно звучали решительные нотки.
– Переворот срежиссирован и профинансирован американцами. Для них местное население абсолютно не сограждане, – пояснил Боткин свои слова. – Целью планирующейся операции является удар по нашему влиянию в регионе. А точнее его полное нивелирование. Жертвы среди туземцев в данном случае рассматриваются как сопутствующие… даже не издержки, а скорее всего фон.
– Фон? Люди это фон? – лицо Главы исказила гримаса, словно его внезапно поразила зубная боль.
– Это почти что рабочая терминология.
– Слепых. Артем Олегович. В каком состоянии наши силы в регионе? – резко обратился к министру обороны Владимир Васильевич.
– В полной боевой готовности. Две бригады спецназа готовы начать операцию по мирному урегулированию.
– Какие цели вы ставили на перспективу подчиненным?
– Просчитать сроки оперативного захвата основных стратегических пунктов и изолирования местного гарнизона в целях лишения его воли к сопротивлению.
– Минуточку. Можно? Можно вопрос? – не выдержал вдруг Заринов. – Мы что, сейчас говорим о военной операции? То есть прямо-таки с задействованием вооруженных сил?
– А господин Слепых у нас разве отвечает за что-то другое? – удивился вопросу Глав Города.
– Да, да, конечно, – смутился Заринов. Взгляды всех в зале обратились к нему. Они были полны такого разнообразия чувств и дум, что Ахмеда даже несколько затошнило. – Но я скорее в целом. Мы всерьез рассматриваем возможность военного конфликта? Когда экономика только-только встала на рельсы, когда мы всему миру продемонстрировали, что имеем потенциал и силу для реализации масштабных созидательных проектов? Мы правда готовы бросится очертя голову в пекло разрушения?
– Вот слушаю и удивляюсь. Словно нет в тебе горячей горной крови, Заринов, – поджал губы Владимир Васильевич. – Уж от тебя слышал слова замирения мне удивительно.
Ахмед покраснел, с трудом проглатывая оскорбительный намек, он все же ответил:
– Подраться я всегда готов. До сих пор состою в бойцовском клубе и хожу на тренировки. Как и вас у меня черный пояс и множество выступлений на соревнованиях. Так что я никогда не прочь хорошего мордобоя. Но не о том речь. Я говорю об адекватности и своевременности действий. Если сейчас мы возьмемся за оружие, то все, что мы с таким трудом создавали последние годы, может рухнуть в один миг.
При последних словах Заринов мельком глянул на Боткина и заметил, как ему показалось, что его губы тронула ехидная усмешка.
– Я понимаю, Ахмед. Ты, как строитель, очень переживаешь за все, что воздвиг с таким трудом, – отеческим тоном сказал Глава. – И ты выполнил возложенные на тебя задачи достойно. Но дело как раз не в том, чтобы удивлять кого-то постройками. Мир так не устроен. Западные партнеры ценят силу не только в ее демонстрации, но и в непосредственном применении. Всей этой историей с Соседом они перегнули палку и растоптали все прочие договоренности. Продолжим терпеть сейчас, они полезут дальше, и я тебя уверяю, не остановятся, пока не уничтожат нашу с тобой Родину. И это пока что закон международных отношений. Возможно, когда-то музы будут править миром. Но пока что ими до поры до времени прикрывают пушки. И только последние – действенное средство для выживания, как бы это не казалось парадоксальным.
– Владимир Васильевич, я с вами в целом согласен. Но я все же говорю о своевременности. Сильны ли мы настолько, чтобы сейчас срывать покровы с пушек?
– Ну а когда мы будем достаточно сильны? Никогда не бывает вовремя, Заринов. А сейчас, когда нация на подъеме, в том числе после твоей великолепной подготовки грандиозного международного спектакля, нужно пользоваться моментом. Артем Олегович, я жду от вас доклад в ближайшее время о деталях операции. Всех здесь присутствующих, думаю, не надо предупреждать, что прозвучавшее в этих стенах – секретно. Но учитывайте в работе, что многое в ближайшее время может поменяться.
***