– Ты опять про международное право скажешь? – хмыкнул Федор. – То, что происходило при развале – это предательство. Все эти независимости и самостийности это не что иное как раздел великого государства, спланированный американцами и приведенный в исполнение пешками на их довольстве.
– Кстати, не исключаю, что оставление Сапфирового в составе Соседнего было заложено на будущее как бомба замедленного действия, – поделился соображениями Алексей.
– Чтобы в будущем стать центром напряженности между Городом и отколовшимися соседями? – разгладил усы Олег. – Вполне. Тем более, что на полуострове исторически живет и работает много граждан Города, либо имеют тесные связи, в том числе семейные.
– Ну и что? Это основание для вторжения на территорию сувер… Ладно. Опустим формальности, – не унимался Иван. – Вы же понимаете, что это повод для настоящей войны? Как на это посмотрят западные страны? Вдруг они решат действовать ва-банк? Что если завтра придется нам всем надевать кирзачи? Неужели мы готовы к этому?
– Мы может быть и нет, а наша элита да, – пожал плечами Алексей, закусывая. – Только одевать кирзачи на нас, а не на себя.
– А как же мы нет? Ты не готов идти за Родину сражаться? – с явно поддельным удивлением спросил Олег.
– За Родину готов. А вот за чужие амбиции не готов, – отхлебнул пивка Алексей.
– В смысле? Ты что ли не поддерживаешь главнокомандующего? – продолжал разыгрывать Олег.
– Это его так юридические документы называют? – хмыкнул Федя. – На самом деле со всей этой историей с Сапфировым нужно четко разграничивать две вещи: первое – это защиту интересов Города на территории полуострова, и второе – это желание нашего безусловно великого лидера оставить свое имя в веках. Если бы нас так заботило первое, то почему мы на протяжении всех этих лет эти интересы на отстаивали? Отчего же спохватились только сейчас? Отчего стали так активно вспоминать ветеранов после того как пошли повсеместные разговоры о пересидевшем Главе?
– Ну потому что возникла напряженная ситуация, конфликт, угроза самого настоящего геноцида, – попытался объяснить Олег.
– Ну, надо сказать, что Город давно подвергается нападкам на территории Соседа. Язык наш почти под запретом, на граждан наших смотрят криво, во всяком случае в западной части страны. Да легко могут рожу набить просто потому, что ты из Города. А уж стремление Соседа стать частью западного мира давно ни для кого не секрет. Что мы сделали для того, чтобы предотвратить это? На краткий период поставили «своего» президента, который проворовался вдрызг, да еще под шумок все равно продолжал прозападную политику? Однако позвольте. Если бы все это было интересами Родины, то она давно бы зубами вцепилась в Соседа и полуостров. Но долгое время мы как раз предпочитали целовать жопы западным политиками и вполне себе поддерживали самостийность в том числе Соседа. А тут раз! Как только начались вопросы к легитимности выборов нашего Главы, так западные друзья уже партнеры, а завтра уже враги. Закрутилась канитель вокруг Сапфирового, так мы тут же вспоминаем подвиги предков и готовы рубаху на груди рвать за жителей полуострова, – Федя перевал дух, сделал глоток пива. – А что получаем в ответ? Угрозу санкций, грядущую девальвацию, рост цен. Интересы ли это Родины? Не сможем прожить без Сапфирового? Не примем беженцев оттуда, если их вдруг пойдут поголовно убивать?
– Ну никто пока никуда не идет…
– Это пока. Мысль, которую постепенно пытаются нам насадить в голову спущенные с цепей пропагандосы, что если Родина потребует, нужно будет входить на полуостров и готовиться сражаться с врагами, – поджал губы Федор.
– А меж тем у нас справку банальную получить – всю душу вынут, – вставил вдруг Алексей.
– Бесплатная медицина скорее калечит. На пенсию старики могут только удавиться, из бюджета воруют тоннами, а на Агалтелой растут коттеджи все выше и выше, – кивнул Федор. – Станут ли наши люди счастливее, если начнется война? Богаче? Что-то я сомневаюсь. А вот Глава со своей свитой всяко не останутся в накладе. Даже если мы проиграем локальный конфликт, от них не убудет. А вот умирать при любом раскладе будут такие как мы с вами, матери не дождутся своих сыновей. Но не Глава и его прихвостни. Кстати, у большинства последних детишки живут давно за границей.
– Да вроде у самого Главы тоже, – кивнул Ваня.
– Ну это точно не известно, – возразил Олег.
– При любом раскладе, весь этот замес с западными «партнерами» и Соседом – личная история Главы, – сделал общий вывод Алексей. – В первую очередь, создавая образ врага, он повышает безопасность своей власти, поскольку под эти разговоры можно давить оппозицию и развязывать руки своим цепным псам. Но это в данном случае даже не главное. Самое важное, что он уже достиг всего, кроме бессмертия. Поскольку пока физически это устроить не получается, он хочет обессмертить своё имя. И с учетом этого, отвечая на твой вопрос, Олежа, я скажу: воевать за чужие амбиции я не готов. Это не борьба за Родину и ее интересы.