– А с чего ты решил, что они нам ровня? – с легкой ухмылкой поинтересовался Владимир Васильевич.
– А? Что? – осекся Заринов.
– Чем они ровня нам? Кока-колой? Смартфонами? Своими этими, каких там, галимвудами? Нашему великому Городу? Нашей Отчизне, стоящей уже больше тысячи лет? Всем невзгодам и врагам на зло? – Владимир Васильевич вроде бы говорил спокойно, но с каждым словом его голос креп и набирался мощи, в какой-то момент стал звучать грозно и устрашающее. – Разве не мы победили одного из самых жестких врагов в истории? Не мы впервые отправили человека в космос? А наша литература? А изобретения наших ученых? А славные полководцы? Да вся Европа тряслась когда-то, ожидая нашего решения. И теперь ты говоришь, что это мы встали в один ряд? Это им было позволено некоторое время постоять рядом с нами. И они в очередной раз поняли, какими маленькими, уродливыми и никчемными они являются рядом с подобным колосом. Поэтому и решились срать жидко у пьедестала. От страха и неуверенности
– Владимир Васильевич, я тоже патриот своей страны, – несколько извиняющимся тоном заговорил Заринов. – Я знаю её историю не хуже, чем вы. Но мы же говорим о том, что есть сейчас. Былые заслуги вне всякого сомнения заслуживают уважения, но их сложно использовать как аргументы для политического влияния…
– Да? А какие аргументы? У нас есть Искандеры. Чем тебе не аргумент? – Глава государства смотрел на Заринова снисходительно, практически уничижительно.
– Все эти супер-пушки уже давно никого не пугают, – встрепенулся Заринов. – Их наличие у сверхдержав принимается как система координат, в рамках которых применяют совсем иные способы реагирования и давления. Ведь всем хорошо понятно, что стрелять Тополями никто не будет. Во всяком случае, если не полезут очертя голову. Но тогда уже весь мир просто сойдет с ума и говорить о чем-то разумном попросту будет бессмысленно.
– Ну… это мне не рассказывай. Знаем и без сопливых, – фыркнул Глава и переглянулся с Боткиным. Тот смотрел прямо на Владимира Васильевича своим тяжелым немигающим взглядом.
– Ну вот и я о чем, – не унимался Заринов. – А мы, отхапав кусок земли, в которую еще внукам вкладываться придется, чтобы привезти его в божеский вид, сейчас себя отрезаем от партнеров, которые у нас покупают сырье. И мы за счет последнего и живем. А в ответ получаем то, чего нам обещает то Шпац, то еще кто-то – технологии и высокотехнологичную продукцию, но сами не производим…
– Да? И что же? Надо теперь за них Родину продавать? – поджал губы Владимир Васильевич. – Навидались уже. До моего прихода уже была у нас повальная демократия и западничество. Свалили великую страну, получили себе кока-колу и джинсы. И что? Сырье наше с большим удовольствием обменивали на картошку. И на джинсы. Словно те самые испанцы золото на бусы. И только так, и в этом качестве нас рассматривали. И мы пытались строить равноправные отношения, просились во всякие там общие тусовки, в ООН мягко и уважительно просили учитывать наше мнение, говорили: не лезьте с вашими пушками к нашим границам, не обижайте наших друзей. А нам кивали, да откусывали по кусочку от нас. И что? Прям технологиями завалили? Готовой продукцией по бешенной цене да за кредиты от МВФ – пожалуйста. Да только без исходных кодов и с кабальными лицензионными договорами. Видели мы все это, проходили, Ахмед. Однако теперь мы как минимум восстановили историческую справедливость – вернули наши исконные земли, за которые наши предки проливали кровь. И я уже говорил про такое недоразумение, как Соседнее государство. Его возврат в лоно нашей Родины – лишь вопрос времени. И мы всем показали, что с нами теперь никто не будет говорить, как с младшим братом.
– А что же теперь? Задорно бряцать оружием и сидеть на сухом пайке? – хмуро попытался возразить Заринов.
– Зато с гордо поднятой головой. Не все хорошее в жиру обкатано. Иногда прохрустеть сухарем надо бы да сохранить лицо. От нашего сырья они никуда не денутся, как покупали, так покупать будут…
– Да, только вон цены на нефть уже на рынках падают. Явно же целенаправленная акция – американцы давят на своих восточных партнеров, чтобы те устраивали кошмарный демпинг.
– Знаем, тоже проходили. Но времена уже не те – их карманные марионетки теперь тоже раскормили собственный гарем – долго на мелководье не протянут. Так, попытаются поиграть на нервах, валюту нашу естественно обрушат. Но ничего, народ у нас переживал не такие потрясения. А те, кому очень хочется кока-колы, получат от нас её охлажденной, верно Боткин?
– Так точно, ваш благородие-с, – хмыкнул Алексей Лаврентьевич, за что получил смешок и игривый взмах руки государя, мол, полноте, не следует так величать.
– Это вы о тех «пехотинцах», которые неожиданно объяснили группе молодежи, что не стоит раскачивать лодку? – ухмыльнулся Заринов. – И это в правом государстве?