По пути на Агалтелую улицу Алексей забежал к своей знакомой, чтобы отдать материалы по ранее изученным предметам. Девушка училась на пару курсов младше Алексея и сейчас у неё шла сессия полным ходом по дисциплинам, изученным молодым человеком ранее. Кроме того, он уже окончил свою учебу на факультете и скоро предстояло предать почти все конспекты ритуальному сжиганию. Поэтому он с радостью был готов помочь. Девушка познакомилась с Алексеем на научном кружке по гражданскому праву и частенько просила подсобить в учебе. Чем мог, Алексей помогал. Правда, старался, чтобы не сильно сели на шею.
Однако отдать на пороге материалы и ретироваться у Алексея не вышло. Студентка настойчиво предложила выпить с ней и мамой чаю. Алексей отнекивался как мог, но все же девушка взяла верх, надавив на манеры и нормы приличия. Помощник адвоката сдался.
Екатерина – так звали студентку младших курсов, представила Алексея маме и отчего-то сразу же отрекомендовала его как адвоката. Мама – женщина лет пятидесяти в отличной форме и с невероятно обворожительно улыбкой, была в переднике в момент прихода Алексея и что-то доставала из печи. Просторную ясную комнату наполнили невероятно вкусные запахи корицы и печеного яблока.
– Вот и готов наш яблочный пирог, – весело заявила мама Екатерины.
– Садись, – сказала Катя, указав на кухонный стол персон на шесть.
Алексей поблагодарил и сел с краю.
Мама Кати положила пирог на блюдо посередине стола, вручила молодому человеку нож. Понятное дело, надо было нарезать. Алексей постарался справиться с этим аккуратно, хотя особого опыта в нарезании пирогов не имел. Да, да. Оправдание слабое для столь обычного бытового действа.
Катя меж тем налила всем чай, и вскоре троица уселась за стол. Признаться, пирог был очень вкусным, Алексей без устали говорил это маме Кати.
– Елизавета Александровна, еще раз повторю – очень вкусно, – съев еще один кусок, заявил Алексей.
– Спасибо, спасибо, – немного даже краснея, благодарила женщина.
– Леш, скажи, а ты пойдешь на экзамен адвоката?
– Планирую.
– И что, решил уже что твой путь – точно адвокатский?
– Слушай, да не знаю. Я к шефу попал скорее в целях получить первый опыт, затем задержался, а что дальше – покамест еще не решил.
– Я вот тоже пока не знаю, – сконфузилась Катя. Девчушка выглядела довольно обычно, скорее даже чем-то напоминала классическую «заучку»: большие очки, длинная коса, неброская одежда. – Мама вот не советует идти по её стопам.
– Да? А кем вы работаете Елизавета Александровна? – спросил Алексей и откусил смачный кусок пирога.
– Я судья, – простодушно ответила женщина. Это прозвучало так просто и легко, что Алексей не сразу понял смысл фразы.
У молодого человека ком встал в горле, он едва сдержался, чтобы не закашляться.
– Ничего себе! Мое вам почтение…
– Ой, Алексей, перестань, – рассмеялась Елизавета Александровна. – Я же не сфинкс какой-нибудь.
– Прошу прощения, – смущенно проговорил Алексей, – однако я судей в основном вижу в мантиях и при соответствующей обстановке. Думаю, вполне естественно, что мне сразу сложно представлять… вас в обыденной жизни.
– Ха! Еще ты больше удивишься, что сейчас мама в отпуске, но продолжает работать, – заявила студентка. – Она хоть и судья по гражданским делам, но сидит не меньше уголовных. Те, мама говорит, вообще зашиваются.
– Катя, перестань, – нахмурилась её мама.
– А почему перестань? – возмутилась Катя. – Меня вот смущает твоя работа в этом смысле. Мало того, что сидишь до ночи на работе, работаешь по выходным, так еще и берешь работу в отпуск. Ты что же? Спасительница мира? Не понимаю тебя.
– Честно говоря, мне казалось, у судей гораздо больше свободы, – прокомментировал Алексей.
– Ну… у некоторых коллег возможно, – загадочно улыбнулась Елизавета Александровна, и Алексею сразу же вспомнился Валерьян Петрович. – Однако работа наша в основном довольно… трудоемкая. Мало кто из моих знакомых может позволить себе уходить в шесть домой. Да, Алексей, я в целом представляю, что ты вряд ли мне сейчас веришь на слово. Нам известно, что говорят, как в профессиональной среде, так и в обществе. Мол, каста неприкасаемых, хорошие зарплаты, отпуска и пенсии. А работают за них только одни помощники. В целом, не могу жаловаться на социальное обеспечение – за почти двадцать лет моей работы в системе судьям в последнее время не отказывают в материальной поддержке. Однако работы очень много, и никто не собирается прощать волокиту – ни граждане, ни квалификационная коллегия. А что до помощников… на их зарплаты толковых найти трудно. Хотя иногда приходят хорошие ребята и девчата, но быстро уходят. Не прожить на такие деньги им. Поэтому судьи обычно работают сами.
– А что вы скажете о коррупции? – решился вдруг спросить Алексей. – Нам все же приходится сталкиваться с этим явлением.