Я присел, и, подобрав валяющуюся на полу программку торгов, открыл нужную страничку и показал. “Изделие из черного металла, предположительно, магический или ритуальный артефакт эпохи Ранних Коридоров Рока”.
- Я иногда выполняю для храмового руководства небольшие поручения, - и, кстати, не соврал. Не тот Коридор, так этот; выведет не туда, так в иное место.
- Ах, истинная религиозность все же такая редкость, - засмеялась Оллэна, показав мелкие, безупречно белые, даже, пожалуй, не очень естественные зубки. Впрочем, какая разница, откуда это - от природы или от ювелира-стоматолога.
- Я буду перебивать ваш интерес, - кокетливо сказала дамочка. - У меня много денег. Я выкуплю ваш ритуальный артефакт. И продам его вам… за ваше истинное имя.
Неинтересно.
Я улыбнулся:
- Вы, скорее всего, забудете меня через полчаса.
- Ваши… картинки… и ваш… стиль… до некоторой степени незабываемы, - очаровательно улыбнулась красотка.
- Благодарю, - коротко поклонился я. Воображаю, какой безвкусицей даме показался мой боди-арт. На Мицаре и на Энифе татуировки воспринимались как разновидность уголовного наказания. Впрочем, их все же делали, причем виртуозно - для обозначения особого сословного или религиозного статуса, и по особым заказам, и мой мотылек это наглядно подтверждал. А вообще на этих мирах тело почиталось как святыня. Кожу очищали от малейших родинок и пятнышек.
Оллэну должно было от меня попросту тошнить.
- А в казино вы не играете?.. - мурлыкала женщина, перекатываясь на складках черного шелка.
- Не в этот раз, миледи.
- Ну прощайте, господин Нэль… а может, и до свидания…
- Прощайте, миледи…
Еще раз поклонившись, я пятился (как и полагалось этикетом Энифа и Мицара в таких случаях) к двери.
Выйдя в коридор и дождавшись пока закроется дверь, я, наконец, выдохнул, встряхнулся и пошел в просторный холл с кафетерием, примеченный в самом начале. Там была сделана широкая, полукругом, смотровая площадка, хорошо укрепленная толстыми слоями прозрачнейшего стекла.
Я выбрал столик около самого окошка, и заказал кофе, шоколаду, мороженого и… трубочку. Кутить так кутить.
За окном беззвучно выли и бесновались снежные всадники и снежные волки. В стекло сыпало ледяной крупкой. Пока я предавался расслаблению в бассейне, снаружи начался настоящий белый апокалипсис.
Слегка заложило уши: компенсировать болтанку стало невозможно, и пилоты поднимали Град Фортуны повыше. Правильно, только я сделал бы это двумя часами раньше - Рок знает, сколько топлива уже попусту сожгли.
Поскольку улететь все равно не представлялось никакой возможности, а кое-какие наслаждения, которые предлагал Летучий Град, Град Фортуны, меня уже утомили, оставалось только ожидать.
Как ни странно, я немного волновался за свой небольшой мирок: за Джека и за шиху, конечно. У этого народа даже ад описывался как холодное и снежное место, где всегда ночь. Жили-то они в примитивном, но теплом фруктовом изобилии, а из протеинов потребляли в основном разного вида червяков и гусениц. Каково ему одному в палатке, в буран?.. Если верить сложносочиненному термометру, который показывал температуру как у поверхности планеты, так и на нашей высоте, и для контраста - внутри Града, изрядно похолодало даже по сравнению с обычными ночными падениями; а ветер наверняка усугублял ситуацию.
К тому же, мне не хотелось, чтобы мое временное жилище унес снежный буран, который разгулялся вовсю.
В одно из мгновений мне показалось, что я вижу страшную башку огромного богомола, и зазубренные передние лапы, на долю секунды возникшие из снежной круговерти и мелькнувшие перед обзорным стеклом… но нет, почудилось. Скорее всего. Что делать тут богомолам?..
Ко мне беззвучно подошел стюард и поинтересовался, не желаю ли я еще чего-нибудь. Я желал - Великие Коридоры! - поспать, но вместо этого скучно потребовал популярный тоник. Пока стюард ходил за газировкой, которая была не слишком вкусна, давала позже побочный эффект в виде головокружения, но эффективно взбадривала-таки на пару-тройку часов, я прикинул, чем и как могу позаниматься с пользой.
И, выпив сладкую дрянь, которая комом навалилась на кофе, шоколад и мороженое, уже пребывавшие в моем желудке, спросил, какие заведения работают.
Разумеется, почти все. Град Фортуны учитывал разнообразные суточные ритмы, и вообще все возможные заморочки и капризы балованных богатеев.
- А аквапарк тут есть? - тоном завзятой гламурной болонковладелицы поинтересовался я, и выпал в осадок. Потому что аквапарк был, “правда, совсем небольшой, одиннадцать горок и семь бассейнов с разной температурой воды. Господина это устроит?” Впрочем, воды-то много - поднимай, растапливай, очищай, нагревай, заливай.
…Помучив пепельницу и поразмыслив, а также ощутив, наконец, ожидаемое влияние тоника, я направился в казино.
