- Ну откуда ты такой образованный взялся? - с досадой сказал эйну. - Клянусь животворной матерью-пчелой, цветочным лужком и семейным ульем, что не причиню тебе вреда, ни явно, ни тайно, ни в бодрствовании, ни во сне, не трону ни твоей плоти, ни крови, ни в жизни, ни в смерти, и будешь ты мне побратимом… ровно десять дней. Я сказал. - И эйну коротко рявкнул.
- Сойдет, - сказал я. - Теперь, побратим, сделай-ка градус в палатке пониже, а то я испекусь в комбинезоне… - И я отрубился.
…Полная версия этой клятвы длилась минут пятнадцать. Молодец мохнатый, что выбрал короткий вариант, так называемый “битвенный”. Впрочем, длинный вариант я таки наизусть и не помнил…
***
Спал я крепко и без сновидений.
Всегда наступает момент, когда нельзя позволить себе роскоши их смотреть.
*
Глава 7
Поправиться, когда тебе помогают такие лекарства, совсем не трудно. Тем более, что и без микроаптечки я во сне с легкостью залечил бы синяки и растяжения. Подготовка, полученная как в Коридорах, так и в “Ирбисе”, вроде как не подразумевала ломать ноги на ровном… ну хорошо, даже на весьма неровном, скользком и твердом месте. Ушибиться - еще куда ни шло, но никак не ломать…
Проснувшись, я сладко, с усилием потянулся, - и каждый сустав отозвался явственной, хоть и терпимой болью, доказывая, что всего-то восемь давешних километров по местному рельефу - это вам не шутка юмора. Свело на секунду икру; я тихо чертыхнулся, растер, и снова рухнул на пол. Жутко хотелось пить, напиться вволю, и выйти на воздух, и даже непонятно, чего больше!
На воздухе я провел ровно пять секунд, причем без удовольствия, но с пользой; а вода была в котелке в углу палатки, спасибо заботе предусмотрительного мишки.
Я напился и снова упал.
Эйну посапывал в углу.
Вроде больше никакие системы организма сигналы крайнего бедствия не подавали.
Через прозрачное окошко палатки я наблюдал рассвет. Да, так и должно быть. А спал я, видимо, часов шесть.
Связь молчала. Марита не могла со мной связаться. По каким-то неизвестным причинам. Их могло быть десятка два, поэтому я решил не перебирать все возможности немедленно, не накручивать себя. Я временами бываю слишком эмоциональным, это еще птеродактиль заметил; а сегодня мне как никогда требовалась стопроцентная собранность.
Мне и так нереально повезло, если хорошенько подумать.
Теперь везение надо было развить в собственный успех.
Судя по всему, не особенно-то искали меня скудные и малочисленные спасательные службы поверхности Грезы. Я же не богатей с какого-нибудь из Градов, способный оплатить свое спасение… подумаешь, старатель пропал; довольно банальное для здешних мест событие. Впрочем, могли бы и поднять свои задницы, ладно не вчера, во время непогоды, ну так хоть сегодня… примитивная поисковая спираль неизбежно привела бы их сюда.
Я решил дать себе еще ровно полчаса, а потом все-таки окончательно встать. Надо было позаботиться об организме, сделать гимнастику, растяжку, чтобы восстановить работоспособность, и уходить как можно раньше - мне предстояли десятки километров снега и льда до фактории. Возможно, даже ночевка в чистом поле.
Пусть идти придется по ровному, как я надеялся, насту (хотя все в природе весьма относительно - это доказал вчерашний день), но по холоду и довольно далеко. Ох уж мне эта местная специфика….
Хорошо, хоть воды в жидком виде тут не было. Ни подледных рек, ни подмороженных болот, ни коварных горячих гейзеров или скрытых источников, которыми была богата гористая и вулканически активная Аврора. Аврора вся кипела, извергала пар и бурлила. Я накануне не раз и не два ловил себя на подсознательном ожидании подледной водяной ловушки; высматривал признаки источников и ключей…
И не зря. Хотя мне и не грозила вода, зато трещин и каверн было сколько угодно. И еще зыбучие снежники, где нащупать слой наста или льда под рыхлым, рассыпающимся сугробом из твердых песчинок, еще не спрессованных временем - без шансов. Вчера я еле выбрался из одного такого, благо попал на самый край. И еще местные “океаны”, “озера” и “реки” из странной помеси поземки, тумана и снежной пороши. “Вода” стоит невысоко, метр-полтора, два от силы; но идти пришлось бы время от времени полностью вслепую, не видя грунта.
Или вот эта иглистая равнина, где никак не наступить ногой, везде нечто вроде ледяного ежа с острыми и крепкими колючками…
Вспомнилось, как мы курсантами делали контрольный бросок на Авроре. Примерно минус десять днем, скромные минус двадцать пять ночью. Сумасшедший, звенящий кислородом и озоном, хрустальный воздух зимней лесной Авроры.
Зато палаток нам не дали - надо было делать укрытия самостоятельно. Мы должны были пройти с рюкзаками на лыжах двадцать километров по целине, переночевать без палатки, и на второй день пройти сорок, включая один перевал.
Ну зачем нам, в сущности, астронавтам и астроофицерам, такие навыки?.. Решили, вроде как ОФП. Мне бы сейчас широкие лыжи, особенно на том, рыхлом участке…
