Рамиле показалось, что концерт был намного хуже, чем два предыдущих: чувствовалось напряжение музыкантов, Тилль выглядел раздраженным и шоу, хотя и шло по четкому плану, не произвело на нее такого сильного впечатления, как раньше. Хотя, возможно причина была не в шоу, а в самой Рамиле. Как она не хотела выкинуть из головы мысли о предстоящем разговоре с Линдеманном, у нее ничего не получалось, и тревога в груди нарастала с каждой минутой. Она даже не стала ждать окончания последней песни и пошла к гримеркам. Ей хотелось как можно быстрее завершить дела с Тиллем, а потом отправиться… Черт, тут Рамиля вспомнила что ей и идти то некуда, вернуться в квартиру, где ее может поджидать полоумный Томас она никак не могла. Настроение испортилось окончательно. Она дошла до гримерок, вынула телефон и набрала Роберту. Рихард дал ей дельный совет, пускай вопросы с ее ненормальным хозяином решает шеф. Но Роберт не ответил. Она очень надеялась, что он не лег спать и перезвонит в самом скором времени. Открыв дверь гримерки Тилля она, убедившись, что там пока никого нет, бесцеремонно вошла внутрь и уселась на диван, закинув ногу на ногу.
Тилль явился через пятнадцать минут и не один, а в компании двух длинноногих красоток. Только сейчас Рамиля подумала, что, пожалуй, погорячилась, завалившись сюда без спроса. Вокалист выглядел усталым, но при этом обнимал девушек за талию и громко смеялся. Правда, заметив Рамилю, он перестал улыбаться и кивнул ей головой.
Девушки смотрели на нее со слабым интересом, похоже они не понимали, кто она такая и что здесь делает. Но при этом, в их взглядах сквозило легкое презрение. Должно быть, они думали, что Рамиля не представляет для них опасности, и вряд ли может чем-то заинтересовать вокалиста. Рами хотела было извиниться и уйти, и даже поднялась с дивана, но Тилль внезапно для нее сказал своим спутницам:
—Девчонки, погуляйте пока, — он указал рукой на дверь. — Я освобожусь и позову.
Девушки посмотрели на вокалиста изумленными взглядами, но спорить не стали и вышли.
—Не стоило этого делать, — Рамиля чуть усмехнулась. — Они теперь меня возненавидят.
—А тебе это так важно? — Тилль чуть сощурился.— Ты же их даже не знаешь, да я и сам, честно говоря, не помню их имен.
—Судя по всему для тебя — это норма, спать с теми, кого вообще не знаешь, — язвительно сказала Рамиля и тут же пожалела о своих словах. Тилль подошел близко и навис над ней, прожигая тяжёлым мрачным взглядом.
—Это что, ревность? — спросил он, наконец.
Рами отрицательно покачала головой и ощутила, что ее охватило душевное смятение. Напрасно она уверяла себя, что совершенно охладела к Линдеманну после его ночной выходки, он по-прежнему волновал ее, только теперь к волнению добавился страх. Рами отчетливо понимала, что Тилль опасный человек. Ей не следует играть с ним, но вместо того чтобы благоразумно отвести взгляд и отойти, она продолжала смотреть прямо ему в глаза. Он поднял руку и провел пальцами по ее щеке. Рами вздрогнула, но глаз не отвела.
—Да, я тебя не знаю, но ведь это можно исправить, если ты хочешь, — сказал Тилль задумчиво, опустил руку и отошел к окну.
Рами все еще ощущала его пальцы на коже, и это волновало, сейчас, когда Тилль не был пьян и не пытался давить, в ней вновь начала разгораться страсть. Хотя, возможно, дело было в уязвленной гордости. Эти девушки, что пришли с Тиллем, смотрели на Рамилю, как на человека второго сорта. Ей захотелось доказать им, что они ошибаются на ее счет, и она еще может дать им фору.
—Что ты хочешь этим сказать? — Рамиля смотрела на его широкую спину.
—Давай сходим куда-нибудь вдвоем, — он повернулся и взглянул на нее, и Рамиля могла поклясться, что слышит волнение в его голосе. — Не сейчас, конечно. На днях.
—Сходим? — повторила она и удивленно подняла брови. Такого Рами совсем не ожидала.
—Да, мы же можем поужинать вместе и поговорить? Мне немного неловко за тот раз, и я бы хотел загладить вину, — он улыбнулся. — А сейчас сюда придет куча народу, так что…
—Да, я тебя понимаю, — Рамиля понятливо кивнула. — Мне лучше уйти.
—Нет, я не это хотел сказать. Ты можешь остаться. Будет весело, — к Тиллю, судя по всему, вернулась его самоуверенность. — Поедем в ресторан, и все такое.
Рамиля собралась отказаться, но вдруг поняла, что это выход из ее ситуации. Ведь ей некуда было идти, а тут можно провести время в шумной компании, не опасаясь нападения. Тилль точно не был насильником, чего Рамиля не могла сказать о Томасе. Как бы странно это не звучало, но рядом с Линдеманном, она была в полной безопасности. Главное самой ничего не пить и не вести себя как истеричка.
—Ладно, — Рамиля кивнула головой. — Я с радостью, если приглашаешь.
—Вот и славно, — он широко улыбнулся. — Ты не пожалеешь.
