Мои глаза расширились от удивления. Чёрт, а F-ранговые способности прыгнули вверх аж на 40+%.
Внимательно изучив свой рост, понял, что про кое-что забыл. Открыл инвентарь. Точно!
Интересная штукачка попала мне в руки…
Я же вытащил это из сердца Ревенанта. Вот только что с ней делать? Для моей специализации требовалась сердцевина ранга E.
Ладно, обдумаем это позже. Сейчас точно не до этого.
Мысли закрутились вокруг миссии. Итак, нас осталось мало, может тридцать? Справимся? Боже, такое чувство, будто целую жизнь прожил на этой проклятой планете Тул.
Каждый день здесь пропитан смертью, кровью и апокалипсисом.
И монолиты. Теперь, после уничтожения целой группы, задача стала ещё тяжелее. Что такого встретила другая команда, что провалилась? И если их было больше, то справимся ли мы в таком количестве оставшихся в живых?
Я направился к группе, собравшейся у выхода со склада.
Когда подошёл, несколько эльфов и орков, а также Макс и один парень из его команды, как бы невзначай отступили в сторону. Их взгляды были настороженными, а движения — резкими. Будто они ожидали, что я сейчас сорвусь и разорву их в клочья. Эльфы переглянулись, а орки сжали кулаки, их лица напряглись.
Макс стоял чуть впереди, но глаза бегали, он так и не поднял на меня взгляд. Я усмехнулся и шагнул к нему, резко дёрнувшись в его сторону.
— БУ! — сказал я, глядя ему в глаза.
Макс вздрогнул, его лицо побледнело ещё сильнее, а глаза расширились. Он нахмурился, но его пальцы сжались в кулаки, выдавая напряжение.
Я услышал, как Костя в стороне злорадно хохотнул, а его плечи затряслись от смеха. Лиандра, стоявшая неподалёку, украдкой усмехнулась. Я заметил это краем глаза, благодаря «Периферийному чутью».
— Выступаем! — рявкнул Ксавир, его голос разрезал шум. Он стоял впереди, его фигура излучала холодную решимость, а стальные глаза пробежали по толпе, будто выискивая слабаков.
Я посмотрел на оставшихся героев. Усталые, потрёпанные, но… заматеревшие. Нет, слабаков тут пепельный генерал не найдёт.
Это было видно по их взглядам — жёстким, сосредоточенным. По тому, как они держались, будто каждый уже пережил свой личный ад и стал сильнее.
С Ксавиром во главе, с его ледяной уверенностью и силой, мы обязаны были преуспеть.
Мы двинулись за пепельным генералом, выходя из склада к разрушенному городу. Небо над Тулом было мутным. Запах гари и гнили бил в ноздри, но я уже привык. Улицы тянулись перед нами, усеянные обломками машин, а где-то вдалеке слышался низкий гул, будто сама планета стонала под гнётом демонической скверны.
Мы шли молча, только скрип ботинок по асфальту и редкие шорохи нарушали тишину.
Я заметил, как Костя шёл чуть в стороне, его лицо было мрачным, а глаза горели злостью. Он то и дело бросал взгляды на Макса, который держался подальше, его плечи были напряжены, а взгляд метался по сторонам. Между ними чувствовалось напряжение, готовое вот-вот взорваться.
Вдруг Ксавир остановился, подняв руку. Мы замерли.
— Приближаемся, — сказал он холодно. — Готовьтесь.
Я стоял на изрытом поле, где земля была вспахана, словно после метеоритного дождя.
В центре, наполовину утопленный в почву, возвышался чёрный монолит.
Воздух дрожал от демонической энергии, пропитанный запахом гари, крови и гнили, от которого першило в горле.
Схватка в самом разгаре — лязг металла, рёв демонов, хриплые крики героев сливались в какофонию, от которой кровь стучала в висках.
Десять героев Авалона уже пали, их тела разбросало по полю — кто-то разорван когтями, кто-то обезглавлен демонами Е ранга.
Ксавир находился в эпицентре боя, как воплощение войны. Его бледное лицо оставалось неподвижным. Тёмный плащ развевался, будто живой, растворяясь в воздухе.
Генерал двигался с нечеловеческой коростью, каждый шаг был точен, каждое движение — выверено. Два изогнутых клинка в его руках пели, рассекая воздух.
Демон F ранга бросился на меня, взмахнув когтями. Я уклонился «Рывком», моё тело размазалось в движении, и лезвие клинка вонзилось в грудь твари, разрывая её надвое. Другой демон попытался зайти сбоку, его пасть раскрылась, обнажив острые клыки. Я крутанулся, и размозжил голову твари одним движением — тело рухнуло, дёргаясь в агонии. Но далось мне это тяжело.
Лиандра металась неподалёку, её рыжий хвост нервно мельтешил, а уши дёргались, улавливая каждый шорох. Она стреляла из бластеров, каждый выстрел выпускал сгустки энергии, которые прожигали демонов насквозь, оставляя дымящиеся дыры.
