Он начал дёргаться, будто его выжигало изнутри. Кожа покраснела, вены на шее вздулись, а пальцы судорожно сжались в кулаки. Зелье работало — я видел, как тёмные, почти чёрные нити, похожие на дым, начали выходить из его тела, растворяясь в воздухе. Ваня зарычал, его тело выгнулось дугой, но Юки и Димон держали крепко.
— Давай, держись! — крикнул я, делая пару шагов назад.
Процесс длился несколько минут. Тёмные нити всё выходили, становясь гуще, а потом резко исчезли.
Ваня обмяк, его тело рухнуло на кровать, и он тяжело задышал. Юки и Димон отпустили его, отступив назад. Парень сидел, глядя в пол, его глаза были пустыми, а лицо — потерянным. Он выглядел так, будто его только что вытащили из кошмара, и он до сих пор не понимал, где находится.
Я присел перед ним на корточки, заглядывая в глаза.
— Эй, Вань, ты как?
Он вздрогнул, услышав мой голос, и медленно поднял голову. Его взгляд был мутным, но в нём мелькнуло узнавание. Он смотрел на меня, потом на Димона, Юки, Олесю и Катю, стоявших позади.
— Женя? — хрипло выдавил он. — Это… ты?
— Ага, — кивнул я, чувствуя, как напряжение спадает. — Ты в порядке?
Ваня моргнул, его лицо сморщилось, будто он пытался что-то вспомнить.
— Я… не знаю, — пробормотал он. — Голова как в тумане.
— Ладно, потом разберёмся. Сейчас пойдём, поешь, — сказала Катя, шагнув ближе.
Мы помогли парнишке подняться и провели его на кухню. Он шёл медленно, будто ноги его не слушались, но с каждым шагом двигался увереннее. Когда мы усадили его за стол, Катя тут же поставила перед ним тарелку с омлетом и салатом.
Парень посмотрел на еду, как на чудо, и набросился на неё, будто не ел несколько дней. Он жевал так быстро, что Олеся невольно хмыкнула.
— Полегче, не подавись, — сказала она.
Я смотрел на него, чувствуя облегчение, но в то же время — смутное ощущение, что что-то не так.
— Ваня, расскажи, как ты попал под влияние культа? — тихо спросила Олеся, глядя ему в глаза.
Ваня замер, вилка зависла в воздухе. Его брови нахмурились, а взгляд стал растерянным.
— Культа? — переспросил он. — Ты о чём? Какого культа?
Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Димон, сидевший напротив, напрягся, его глаза расширились.
— Ты серьёзно? — сказал он, повышая голос. — Вань, ты же был под влиянием!
Ваня покачал головой, его лицо стало ещё более потерянным.
— Я… я не помню, — пробормотал он. — Последнее, что помню, иду по улице и какой-то бородатый мужик даёт мне брошюру. А потом… всё как в тумане. Я только сейчас понимаю, что не помню, что было дальше. А о каком вы культе говорите?
— ТВОЮ МАТЬ! — заорал Димон, и ударив кулаком по стене. Тарелки на столе звякнули, а Ваня вздрогнул.
— Дим, потише! — шикнула Олеся, бросив на него строгий взгляд. — Ты чего?
— Да вы что, не понимаете? — лучник повернулся к нам. — Мы опять ничего не знаем!
Я молчал, чувствуя, как мысли в голове кружатся, как рой. Димон был прав. Мы снова оказались в тупике. Ваня ничего не помнил, и это означало, что все наши усилия узнать про культ зашли в никуда. Но в моём инвентаре всё ещё оставался тот артефакт. Может, в будущем он выведет нас на что-то важное?
— Ладно, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Разберёмся. Ваня, главное, что ты в порядке. А остальное… не бери в голову.
— Но про какой культ вы говорите? Я сделал что-то ужасное?
— Нет, забудь, — жёстко отрезал я. — Мы вернём тебя в руки бабушки, и ты заживёшь нормальной жизнью.
Ваня доел свою порцию и выглядел чуть бодрее, но в его глазах всё ещё была тень растерянности.
Тётя Нина плакала в трубку, рассыпаясь в благодарностях. Когда мы привезли Ваню к ней, она разрыдалась от радости. Её лицо, покрытое морщинами, осветилось, а руки задрожали, когда она обняла парня.
— Женя, ребята, я вам всю жизнь буду обязана, — сказала она, вытирая слёзы. — Если бы не вы…
— Всего хорошего, тёть Нин, — улыбнулся я. — Главное, присматривайте за ним.
Уже через несколько часов мы летели в Питер.
Все молчали.
Каждый размышлял о предстоящих тренировках. Я хотел результата, поэтому потребовал заранее озаботиться о результатах и сфокусироваться.
Тем временем, вспомнил про кое-что важное. Как-то совсем забыл проверить одну важную вкладку. Открыл интерфейс стрима, чтобы всё проверить и забрать донаты, если они есть.
И замер.
Сообщения от ВИП-пользователей сыпались одно за другим. Донаты мигали в углу экрана, а чат был забит восторженными комментариями.
Кто-то писал:
Сообщений было много, а пик зрителей на последней миссии достиг 25000.
