Парень повернулся ко мне, в его глазах читались тоска и разочарование, но он сдержался и коротко кивнул. Я посмотрел на Олесю, её лицо было бледным.
— Женя, я…
— Потом, Лесь, — сказал я тихо и спокойно.
Она кивнула, не поднимая взгляда, а я увёл Диму обратно к колонне.
Пока мы стояли в тени, я не мог перестать думать о том, что узнал. Лучник понуро молчал и продолжал наблюдение за залом.
Итак, Олеся рассказывала Кате о наших миссиях в Авалоне. В голове это не укладывалось, но факт.
Если подумать, она была слишком доброй и доверчивой. И глупо сейчас не заметить, что Леся всегда очень хорошо относилась к Кате. Может, она думала, что делает правильно, доверяя ей. А это значит, что Демидова просила её об этой услуге. Но зачем?
Однако всё это не оправдывало того, что Олеся делала это втихую. У неё было право высказать своё мнение, она ведь часть команды.
Было ли правильно её судить? Кто знает. Но тот факт, что она скрыла это от нас — удручал.
Приём закончился без происшествий.
Вернувшись в нашу комнату, мы с Димой молчали. После того как девушек посадили в лимузин, мы их больше не видели — их сопровождали Ветераны.
Димон не мог усидеть на месте. Он мерил шагами комнату, его лицо было красным.
— Да это охренеть, Жека! — наконец взорвался он, остановился и взглянул на меня. — Олеся! Олеся рассказывает Кате про миссии, чтобы та пришла и успела к нам в команду. Какого чёрта? Это же обман доверия чистой воды.
— Димон, успокойся, — начал я, но он перебил.
— Успокоиться? Серьёзно? — он сжал кулаки. — Ты знаешь уже, что я в детдоме вырос, Жека. Я такой какой есть, у меня есть чёткие понятия, что хорошо, а что плохо. Так вот, я тебе скажу! Она взяла, и сделала что-то за нашей спиной! Людям, которые так делают, я не могу доверять!
Я вздохнул, но не мог возразить. В чем-то он был прав. Но, с другой стороны, пусть Олеся и совершила ошибку — это нужно обсудить, узнать её позицию. Рубить сгоряча не стоит, все же она не раз нас спасала.
— Ну ты знаешь почему она это сделала?
— А? — он замер, затем мотнул головой. — Да я даже не спрашивал, но какая разница! Всегда есть выбор!
— Да, это так, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Но подумай обо всём этом под другим углом. Может Леся думала, что в этом нет ничего страшного? Просто всегда относилась к Кате хорошо.
Дима фыркнул.
— Жека, это предательство. И ты это знаешь!
Я нахмурился, обдумывая, как удержать этого упрямого остолопа от слишком резких действий.
— Ладно, расслабься, Димон, — наконец сказал я, потирая виски. — Завтра пойдем в Авалон. Там уже во всём разберёмся, что к чему.
Дима хмыкнул, но всё-таки кивнул, садясь на свою кровать.
Моё утро началось с того, что Димон ворчал, стоя перед зеркалом в углу комнаты. Его волосы, взъерошенные после сна, торчали во все стороны, и он с остервенением пытался это исправить.
— Задолбали! — буркнул он, швырнув расчёску на стол. — Надо как ты подстричься. Ты там чё? Пошли к Кате, уже в Авалон хочу. Осточертело здесь.
Я хмыкнул, поднялся и потянулся.
— Готов, — ответил, расправляя плечи. — Собираемся и идём.
Спустя десять минут мы двинули.
У подножия широкой мраморной лестницы стоял охранник — здоровый парень в чёрной форме с рацией на поясе. Кто-то новенький, раньше его не видели.
Он окинул нас взглядом и молчал кивнул. Видимо получил распоряжение сегодня нас пропустить.
Мы поднялись по лестнице, прошли по коридору, минуя охранников, и я постучал в дверь кабинета.
— Да, входите, — раздался Катин голос.
Димон толкнул дверь.
Олеся уже сидела за столиком с чашкой кофе — похоже у них это стало ритуалом. Девушка подняла взгляд, но тут же отвела глаза, будто боялась встретиться с нами.
Катя, напротив, выглядела уверенно и уже привычно ехидно улыбалась.
— Всё готово? Отправляемся, как договаривались? — спросил я спокойным ровным голосом.
Демидова кивнула:
— Да, — ответила она, постукивая пальцами по столу. — Охрана предупреждена, все комнаты под контролем. Сегодня — Авалон, как и обещала. Но не больше чем на сутки.
Димон фыркнул, засунув руки в карманы.
— Там разберемся.
— Ну тогда до встречи. Как и договаривались, сбор в магазине крафта.
Олеся так и не подняла головы, пока мы уходили.
Вернувшись к нашей комнате, мы застали там охранника. Он стоял у двери как статуя.
— Всё будет в порядке, — прогундосил он, едва мы подошли. — Вас не побеспокоят. Приказ Екатерины Сергеевны.
— Ну, спасибо за заботу, — хмыкнул Димон, плюхаясь на койку. Я закрыл дверь и повторил за ним. Пружины жалобно скрипнули, и я растянулся, закинув руки за голову.
— Ну чё, Жек, едем?
— Погнали. Наконец-то.
Я закрыл глаза, сосредотачиваясь на уже знакомом ощущении перехода, и через несколько секунд провалился.
Сознание вернулось рывком, как будто кто-то дёрнул меня за шиворот. Я стоял посреди своей арендованной в Авалоне комнаты. Потёр лицо, пытаясь прийти в себя, и вдруг заметил движение у края кровати.
Лена?
Она сидела, чуть сгорбившись, и смотрела на меня, слегка наклонив голову. Её светлые волосы были стянуты в высокий хвост, а глаза блестели от волнения.
