– Да, у них всё получилось, сразу скажу я просто купил результаты этой работы. Сейчас что-то подобное производим только мы с синьором де Ремедиосом. Не буду скромничать, дело приносит нам большие доходы, – вот не знаю зачем, но мне хотелось выглядеть очень успешным в глазах отца Марии, – мы монополисты и расширяемся. Но очень скоро, я в этом уверен, мы перестанем ими быть. Технология настолько простая, что неизбежно кто-то её повторит.
– Это всё очень интересно, мистер Гамильтон. Но причём тут Флорида?
– Всё дело в сырье. Гевея, чей сок используется в производстве непромокаемой одежды растёт только в Португальской Бразилии. И когда на него резко вырастет спрос, португальцы очень сильно поднимут стоимость.
А это значит что для того, чтобы не просто остаться на плаву, а сохранить положение на рынке, гевею нужно выращивать самостоятельно. Флорида для этой цели подходит как нельзя лучше. Много лучше, чем даже недавно купленная у Наполеона Луизина.
– Теперь я понимаю, мистер Гамильтон. Вам не откажешь ни в фантазии, ни в деловой хватке.
Мы беседовали с маркизом несколько часов, а затем засобирались обратно в Гавану. Уже прощаясь, хозяин дома сказал:
– Господа, первого июля я жду вас у себя. Приезжает вице-король и я лично хочу вас представить. Он очень любит свою племянницу и вы, безусловно, заслужите его милость.
На следующий день я отправился обратно в Сент-Августин. Вроде бы на Кубе сложилось очень удачно, даже очень. Но настроение у меня было препоганое и я злился на весь мир. Попадись мне пираты, разорвал бы на части. Но на их счастье, горизонт был чист.
Самокопания мне совершенно несвойственны, но в этот раз я всё-таки решил разобраться в себе.
Итак…, а в прочем кого я обманываю, меня злит то, что Мария Мануэла помолвлена. Не знаю почему, но эта мысль приводила меня в ярость. При этом, я даже не помнил, как зовут этого козла, жениха Марии.
Сами собой в моей памяти всплыли слова Ахайи обо мне и Селии:
"Она не будет с тобой, а ты не будешь с ней", – что-то подобное он мне говорил. Сегодня я первый раз подумал о его словах. Странно всё это.
Чтобы отвлечься, я решил загрузить себя оружейными задачами. Конечно, я не буду лично сам мастерить замки, лить стволы и строгать приклады. Зачем? Для этого есть специально обученные сотрудники. Стволы, ложи и прочее изготовить элементарно, вернее я даже не буду это делать.
Винтовку Крнка не зря еще называли переделочной. Огромное количество этих винтовок были переделаны из более ранних образцов, я могу и хочу поступить точно также. Простая замена кремниевых замков на обычных ружьях даст мне очень серьёзную экономию и времени и сил. Есть только одно, но очень практически критически важное замечание. Калибр должен быть один. Без этого сама идея унитарного патрона теряет смысл.
Я начал проект с того, что провел ревизию имеющегося у меня в поместье вооружения. Больше сотни различных ружей были тщательнейшим образом проинспектированы.
И на этом идею с переделкой старых ружей я забраковал. Культура производства, чтоб её, калибр стволов отличался практически у всех, хоть чуть-чуть, но отличался.
Можно, конечно, рассверлить стволы до одного калибра, но это полный бред. Трудозатраты не намного меньше, чем производить с нуля. Значит, надо идти на поклон к кубинскому губернатору, пусть для защиты такой хорошей дойной коровы поставит пару тысяч ружей. Главное только принимать их тщательно.
С эти решили, теперь замки. Их будем изготавливать полностью сами. Благо станки у меня имеются, люди, способные на них работать, тоже.
Я долго думал, кто составит основу моего пролетариата и пришёл к выводу, что это будут выпускники моей школы, благо им преподавалине только геометрию, физику и другие науки, но еще и ремесла.
Тридцать первого мая я закончил подготовку чертежей, завтра мои студенты получат первое задание, те, кто его сдаст, получат работу на оружейном заводе, его пока нет, но он будет.
Итак, приступим. Передо мной на столе лежали три винтовки. Первые в мире казнозарядные винтовки под унитарный патрон. Порох покаместь обычный чёрный, до более продвинутых вариантов еще далеко. Да и это уже выходит за рамки моей компетенции, нужен настоящий химик, а не нахватавшийся по верхам любитель как я.
Выбранные мной будущие шестнадцатилетние оружейники справились всего за неделю. При этом, что удивительно для меня, они не стали делиться на группы, как я хотел изначально, а работали все вместе. Подозреваю, что инициатором этого безобразия был Лука, щуплый парнишка, совсем не похожий на лидера, но однако, пользующийся безоговорочным авторитетом среди греческой молодежи.
Он и представляет мне результаты работы:
– Вот, мистер Гамильтон. Как вы и заказывали четыре винтовки. Все уже пристреляны.
– Я вижу, разбери у них замки, – парень хмыкнул и через несколько минут передо мной лежали рассортированные детали. Он как будто знал, что от него потребуется и каждую деталь замка положил к таким же.
– Собирай, – говорю ему.
Так и есть. Лука нарочито выбирал другие детали, не те, что были использованы ранее.
