Прямо об этом не сказано, но тут же шли перечисления слабых сторон Макса. Слабое знание иностранных языков и прочей гуманитарии. Туда же входила и биология. Макса просто не интересовали все эти пестики-тычинки и соцветия, вкупе с распределением бегающего мяса по классам и подклассам.
Плюс к этому прилагались кое-какие личные черты характера. Например, то, что многие его считают высокомерным. На самом деле Макс очень ценил свое личное пространство и неохотно впускал в него людей. Даже друзья у него имели определенный статус допуска. Он не лез в их дела, они должны были поступать так же. По идее! Те, кто не понимали идею, очень быстро исчезали с его горизонта.
Конечно, были и те люди, с которыми, так или иначе, приходилось контактировать, даже невзирая на неприязнь. Но Макс с этим смирился. Впрочем, это не отменяло его статус «мудака» в «сплоченном» коллективе. Его это волновало мало. Точнее, совсем не волновало.
Макс не считал себя хорошим или плохим. Он был «серым». Всего понемногу. Это не мешало ему заводить знакомства или быть центром внимания в новой компании. Если он хотел этого. Для себя. Если же не желал, то трудно будет найти тень незаметнее его на любой шумной вечеринке или в светском рауте. Да, приходилось бывать и на таких!
И ребята из ГБ его прочли словно открытую книгу. В рекомендациях значилось воспринять игру и коллег по команде всерьез. Очень настоятельно. Десять процентов минуса эффективности команды как раз его косяк. Это много при их индивидуальной синхронизации с персонажами. Интересно сколько же у Арахиса? Вот там где парень-загадка.
Бедный Скользящий и не против бы ухватить его за бороду, вот только тот при нулевке демонстрировал силу, превышающую не просто уровни, а логику и баланс игры. Чревато. Лично Макс бы не рискнул.
Дальше уже пошли шаблоны навыков под его тушку. Пусть даже от кабинетных задротов.
«Лазерный прицел». Не самое лучшее название для навыка, но вполне отражает суть. Для правильного использования нужно в голове представлять, что ты собственно хочешь и как это должно работать, потому уже под описанием шли пояснительные записки.
И надо сказать, кто-то там действительно старался и даже понимал проблемы игроков. Недостаточно, но все же понимал.
Данный навык учитывал и настильность траектории стрелы, и проблему боя на дальних расстояниях. Это только в голливудских фильмах ребята вышибают глаза у врагов на запредельных дистанциях.
На самом деле цель размером с человека уже в ста метрах выглядит не такой уж и большой точкой. Без оптики и специальной винтовки поражать такие цели можно короткими очередями и надеясь на удачу.
Оптика, конечно, помогает, если стоит на очень хорошем стволе с минимальным разбросом и еще десятком параметров, которые должен учитывать стрелок. Ветер, температура, влажность, скорость движения цели и расстояние до нее. Но он-то хотя бы видит цель.
С луками еще сложнее. У них просто бешеная настильность. Максимальная дистанция выстрела под углом в сорок пять градусов к поверхности и редко превышает пару сотен метров. То есть, прицеливание в таком случае происходит на уровне мышечной памяти и тренированном глазомере. Как броски мяча в баскетболе.
Потому Макс, покрутив и так, и эдак, все же решился отказаться от этого навыка. Слишком сложно в развитии и исполнении. Теоретически, стрелок должен создать узкий, слегка расширяющийся луч света, который еще будет работать и дальномером, обозначая дистанцию размером пятна на цели, и показывать возможный разброс. В потенциале можно туда даже добавить расчеты отклонения снаряда, зависящие от силы ветра и веса стрелы. Тут были даже математические расчеты по баллистике. Но, почувствовав в руках лук, Макс понял, что это не совсем то, что нужно для стрельбы из этого раритета истории.
Если еще с блочником можно использовать прицельную планку и «пип-сайт», то с обычным поможет только опыт и тысячи тренировочных выстрелов. Именно поэтому Макс отмел техническое решение. Это все же больше действительно искусство, а его персу не зря во второе имя вписали Стрелок. Он уже на эмоциональном уровне чувствовал, что такой подход не правилен и ведет в тупик.
Сейчас он, как строитель, осознавал одновременное превосходство современников в возведении зданий над старинными техниками и в полной мере ощутил всю беспомощность, оказавшись один на один с задачей постройки в диких условиях и без привычных материалов и инструментов. Тут работал тот же принцип. Не стоит прикручивать оптику на лук. Лучше применить современные способы обучения владению старинными приемами.
