С одной стороны, и катилось бы все к оэльдивским монахам! Брак ваш изначально был династическим, и какие тут, к демонам полу-мира, могут быть чувства?! Да и претенденток в фаворитки — пруд пруди. И тут даже свистеть не надо — достаточно чуть дольше задержать взгляд. Но — нет! Не интересно. Тем более, что законная супруга ревновать не станет даже для виду. Пожмет плечами и отвернется, уставится пустым взглядом в пространство. Зови — не зови, всё едино.
Интересно, если в такой момент залепить ей пощечину, она оттает? Заплачет, даст сдачи, убежит? Или посмотрит, как на пустое место, и снова отвернется? Девять из десяти — последнее.
Нет, я не ревную. Не ревную. Нельзя, нет смысла ревновать к усопшим. И даже как-то несолидно напоминать, что прошло больше года, и надо уже как-то жить! В конце концов, ты — королева, и моя жена, и твой долг… Все святоши Оэльдива, говорил, и не раз. Кивает, соглашается… и все по новой!
Алекс поднялся из-за стола, пересек кабинет и открыл сейф. Пузатая бутыль с жутким пойлом, опустошенная примерно на треть — главная государственная тайна Ирратов. Король, надирающийся в одиночестве — жалкое зрелище. Да, такова цена короны — даже собутыльника себе найти не можешь! Конечно, любой из придворных тебе не откажет, но… пить с тем, кому до конца не доверяешь — последнее дело, как учил Мерлин. Еще одна темная лошадка, сгинувшая в ночь Великого Полнолуния. Александр вряд ли бы кому признался, но старого пернатого интригана ему не хватало. Ну да, уже не пернатого — заклятие-то спало. Но тем не менее…
Наполнив стакан, Алекс тщательно запер сейф (не приведи Мастер, кто компромат обнаружит), подошел к окну. Кабинет находился в южной башне, из окна видна далекая гряда Заповедных гор и часть Долины вечной весны, украшенная стройными рядами цветущих деревьев. У Александра идиллический пейзаж не вызывал ничего, кроме раздражения. Вечное цветение, знаете ли, со временем начинает надоедать. Хочется снега, или испепеляющего зноя — для разнообразия. Конечно, Иррат большой, а Паутина ещё больше, и всё это можно найти, но… Ох, уж это вечное «но»!
Чокнувшись с оконным стеклом, Алекс провозгласил тост: «Чтоб вас всех!», и отработанным до автоматизма жестом опрокинул стакан. Огненная вода обожгла пищевод, но король даже не поморщился. Не запивать, не закусывать — глядишь, подействует. И жизнь хоть на один вечер обретет краски и утраченный смысл.
— Хм, ваше величество…
Раздавшийся за спиной голос заставил Александра дёрнуться и резко обернуться — кабинет надежно заперт, посетителям просто неоткуда взяться.
У стеллажа с книгами стоял сухонький длиннобородый старичок в черной линялой мантии. Алекс уронил стакан. Тот, не долетев до пола пары пальцев, завис в воздухе, а потом плавно опустился на ковёр.
— Мерлин? — выдавил король, не совсем понимая, реальный персонаж перед ним, призрак, или бред, порождённый белой горячкой. В конце концов, тоже не исключено. Только сам Алекс знал, сколько в действительности он выпивал за день. А постоянно используемые для поддержания внешней пристойности заклинания тоже, знаете ли, штука для психики не безопасная.
— Это хорошо, Александр, что вы меня ещё помните, — усмехнулся древний маг.
— Предатель! Как посмел ты, после всего… — начал Алекс, но осекся. Кому, к вонючим майкатарам, нужен его пафос?!
— Давайте договоримся, — вздохнул старый маг и, обойдя стол, без спросу устроился в огромном кожаном кресле, — Я не видел вот этого, — на столе испуганно вздрогнул стакан, — а вы, Алекс, не видели меня. Лучше пока не афишировать мое возвращение.
— Хм, — Алекс тоже подошел к столу, тяжело оперся в него немаленькими кулаками и, нависнув над тщедушным магом, вопросил, — А почему, Мерлин, ты решил, что я позволю тебе остаться? После гибели деда, после сотрудничества с Безликим, после Великого Полнолуния? Почему, все демоны Хаоса?!
Тот не выглядел ни испуганным, ни смущенным.
— Не вам, убийце Кордгана и Альдмира Инг-Ваана, читать мне лекции об этике! — Припечатал он, сверля Алекса круглыми птичьими глазами.
Александр вдруг почувствовал себя крайне неуютно, нашарил стул, сел.
— Это… не то, — почему-то начал он оправдываться. — Это было необходимо! Альдмир — давний сподвижник Хайверга, а Кордган…
— Тоже сволочь, но смерти не заслуживали ни один, ни другой. Более того, дальновидный политик нашел бы способ нейтрализовать этих интриганов и извлечь из их деятельности максимальную пользу, — наставительно заметил Мерлин. — Что касается меня. Каждому из моих поступков есть объяснение, Александр. И, что бы вы там себе ни думали, я всегда действую из соображений высшей целесообразности! — Маг важно воздел вверх указательный палец.
— Надо же, — хмыкнул Алекс. — Что целесообразного может быть в разрушении?
— Возможность вернуться к первоначальному порядку, к извечным устоям…
— Бре-ед, — протянул Алекс.
Взгляд Мерлина вдруг стал строгим.
— Вы помните свой обряд посвящения, Александр?
— При чем здесь обряд?! — возмутился тот, хотя холодные пальцы страха скользнули вдоль позвоночника.
