Прочно вошли в практику вертолетчиков полеты на предельно малых высотах и максимальных скоростях. Необходимость этого тоже была продиктована обстановкой. Прием позволял ограничить возможности противника по визуальному обнаружению вертолета и соответственно – время реакции его средств ПВО (интервал от момента обнаружения цели до производства стрельбы).
Особо следует остановиться на проблемах взаимодействия. Об этом уже сказано немало. Особенно после Афганистана. Но прошло время, и этот опыт оказался во многом забытым. Так что пришлось снова наступать на одни и те же грабли.
Особенно большие претензии у вертолетчиков к общевойсковым командирам. К сожалению, приходится констатировать, что они, за редким исключением, смутно представляют боевые возможности авиации, ограничения по метеоусловиям. условиям применения авиационных средств поражения, досягаемости, скорости и грузоподъемности. В чем нет у них. командиров, недостатка, так это в решительности. И если они получают в подчинение авиацию, то командуют ею, не задумываясь порой о последствиях.
Так, к примеру, один из таких командиров ставил задачу вертолетчикам на уничтожение блуждающего танка противника на улицах Грозного. Логика проста: у вас есть ПТУР. значит можете уничтожить. Мы спросили: как. если место нахождения танка неизвестно? -Летайте вдоль улицы, и как только он появится…» – был ответ. Но реальный бой – не американский боевик. Послать вертолет на такое задание – означает потерять экипаж, машину.
Из-за несогласованности действий зачастую возникали неприятные ситуации. Скажем, при планировании операции каждый командир старался свой блок задач держать в некоем секрете, выдавая взаимодействующим силам только задачи и цели. Из-за подобной псевдосекретности произошел довольно неприятный случай 3 февраля в районе Ассиновской.
В тот день экипаж вертолета Ми-24 прикрывал Ми-8, на борту которого находилась группа, в задачу которой входил досмотр караванов. Во время выполнения предупредительной стрельбы по машине противника экипаж строил маневр над постом мотоманевренной группы погранвойск. Выполнявший обязанности командира этого поста офицер, не разобравшись. дал подчиненным команду открыть огонь по вертолету. В результате машина получила 11 пробоин, были повреждены некоторые узлы и системы. Вертолет совершил вынужденную посадку неподалеку от этого поста. По счастливой случайности никто из экипажа не пострадал.
С горечью приходится констатировать, что не выполнен приказ Главкома Сухопутных войск о подготовке нештатных авианаводчиков в подразделениях. А ведь для этой цели существуют курсы в центре боевой подготовки и переучивания личного состава авиации Сухопутных войск. Но когда дело коснулось ведения конкретных боевых действий, подготовленных авианаводчиков в подразделениях не оказалось. Поэтому спешно пришлось готовить летчиков, вырывать их из экипажей и направлять в боевые порядки войск.
На фоне боевых действий в Чечне ярко проявились и проблемы авиации Сухопутных войск. Вертолеты Ми-24, Ми-6 и Ми- 8 выполняют задачи с загрузкой на 50% от характеристик вертолетов новых модификаций. Оборудование этих вертолетов ограничивает их применение по времени суток и метеоусловиям
В процессе реформирования армии оказалась фактически уничтоженной система войскового ремонта авиации Сухопутных войск, что значительно снизило возможности по своевременному восстановлению поврежденной авиатехники. Намечаемое сокращение некоторых боевых частей, их перевод на двухэкскад- рильский состав, а также сокращение отдельных подразделений радиотехнического обеспечения приведут к резкому снижению боевого потенциала армейской авиации, поставят под угрозу создание мобильных сил.
(Материал подготовлен нашими корреспондентами подполковником Сергеем ПРОКОПКИ КО и майором Сергеем БАБИЧЕВЫМ)
В Пресс-Центре ВВС обобщены следующие данные.
В состав авиагруппировки в Чечне в разное время входило до 140 боевых самолетов, не считая транспортных. В основном использовались штурмовики Су-25 и фронтовые бомбардировщики Су-24М, задействовались самолеты дальней авиации бомбардировщики Ту-22МЗ. Они наносили удары по противнику на путях его выдвижения в районах Аргуна, Гудермеса, Шали и сбрасывали САБы.
Выполнено более 9 тысяч самолето-вылетов. Из-за слабой защищенности вертолетов армейской авиации основная нагрузка по авиационной поддержке войск легла на ВВС. Было выполнено 5300 бомбово-штурмовых ударов и минирование. Произведено 672 вылета на воздушную разведку и более 2000 – по перевозке личного состава, боевой й специальной техники, грузов и эвакуации раненых.
Уничтожено и подавлено свыше 500 опорных пунктов, баз и мест скопления противника, разрушено 9 мостов, почти 60 складов вооружения и боеприпасов, заминировано около 300 участков дорог и местности. Военно-транспортная авиация перевезла за этот период 78 тысяч человек личного состава, 2300 единиц техники, почти 6 с половиной тысяч тонн грузов.
