Нужно сказать, что эта миссия оказалась невыполнимой еще и потому, что задачу целеуказания из космоса по подвижным объектам американцам также не удалось решить удовлетворительно. Даже сегодня, во втором десятилетии XXI века, Соединенные Штаты, располагая не орбите группировкой всего из двух действующих спутников типа КН-11, делающих за сутки около 15 витков вокруг Земли (а всего с 1974 по 2013 гг. в США было запущено 16 ИСЗ типа «Кеу Hole» при одном неудачном запуске). Эти спутники способны за 24 ч «запечатлеть» в режиме обзора, при самых благоприятных условиях, не более 15000 км
В полную силу так и не заработали американская система радиолокационного космического наблюдения с ИСЗ «Лакрос» (КН-12), оснащенными РЛС БО (всего с 1988 по 2005 гг. было запущено пять таких спутников). Да и реальная возможность обнаруживать и распознавать ПГРК при помощи РЛС, размещенной на орбите, так и не была подтверждена.
Об относительно низкой эффективности американского космического эшелона по обнаружению малоразмерных перемещающихся целей говорят итоги боевых действий в Югославии (1999 г.). Против сербов тогда были задействованы два спутника радиолокационной разведки «Лакросс», три спутника оптико-электронной разведки типа КН-11, а также три более легких спутника Национального бюро аэрофотосъемки (т. е. практически вся разведывательная космическая группировка, имевшаяся в то время в распоряжении США). Причем применение спутников «Лакросс» было практически идентично целям первоначального технического задания на эти ИСЗ.
По утверждению самих американцев, в ходе операции НАТО спутники должны были отслеживать движение военных автоколонн и оперативно передавать эти данные в штабы ВВС США и НАТО для организации оперативных авиационных ударов. Однако вскоре выяснилось, что пока изображение (если оно вообще получено) с космической орбиты достигало кабины боевого самолета (того же бомбардировщика В-2А, активно использовавшегося против Сербии), проходило слишком много времени. В результате эффективность бомбовых ударов по мобильным целям (танковым и автотранспортным колоннам, а также по скоплениям войск противника) оказывалась крайне низкой, а ошибки — чрезмерно высокими. Так, бомбовый удар по пассажирскому поезду в Лесковаце (который со спутника был принят за военную транспортную колонну), унес десятки жизней мирных людей и вызвал большой международный резонанс.
Впрочем, ранее сомнительность самой концепции применения бомбардировочной авиации для борьбы с мобильными ракетными комплексами в глубине сибирской тайги подтвердил опыт войны в Персидском заливе 1991 г. Тогда почти 25 % боевых вылетов авиации союзников пришлось на поиск и нанесение ударов по иракским «Скадам» (Scud — мобильный оперативно-тактический комплекс с ракетой Р-17, имевшийся на вооружении армии Ирака и активно использовавшийся в боевых действиях).
Несмотря на почти «полигонные» условия (пустынная местность, лишенная растительности, почти полное господство в воздухе собственной авиации, наличие мощнейшей информационной поддержки) и техническое несовершенство самих комплексов «Скад», требовавших значительного времени на предпусковую подготовку (от 30 мин до 1,5 ч), массированное применение самолетов (в том числе истребителей-бомбардировщиков F-111Е, F-111F и F-15E, оснащенных наиболее совершенной по тем временам радиолокационной и тепловизионной аппаратурой) не смогло пресечь ракетные обстрелы Израиля и Саудовской Аравии (было выпущено 82 БР типа «Скад», однако достоверной информации об уничтоженных иракских мобильных ПУ авиацией союзников нет). Судя по всему, единственной эффективной «противоракетной» тактикой США в условиях Ирака оказалось дистанционное минирование дорог, по которым перемещались иракские «Скады», а также широкое использование сил «спецназа» для засад на этих дорогах.
В результате анализа полученного опыта самолет АТВ (В-2), по всей видимости, был еще в процессе разработки и испытаний переориентирован на более реалистическую и традиционную задачу — поражение стационарных стратегических целей с заранее известными координатами. Таким образом, он дополнил, а впоследствии и заменил в этой роли трансзвуковой (М=1,25) бомбардировщик В-1В «Лансер».
