Эрцгерцог Карл под влиянием Штадиона постепенно изменил свою позицию. Очень большое, очевидно, даже преувеличенное значение в Вене придавали начавшим поступать в 1808 г. вестям из Испании, где Наполеон столкнулся с небывало сильным и ожесточенным сопротивлением. Известию о победе испанцев над французским отрядом при Байлене габсбургский двор радовался как триумфу собственных войск. В Австрии спешно создавалось народное ополчение — ландвер; таким образом правительство сделало первый шаг к введению всеобщей воинской повинности и созданию современной армии. В апреле 1809 г. сторонники войны увлекли за собой колеблющегося императора. Эрцгерцог Карл обратился с пламенным манифестом ко всему немецкому народу. «Наше дело — дело Германии!» — писал он. Это был едва ли не единственный случай, когда Габсбурги попытались использовать в своих целях националистические чувства. Уже сам этот факт говорит об исключительно серьезном положении, в котором оказалась монархия, вступая в новую войну с наполеоновской империей — без союзников, с недостатком средств и в условиях, когда военная реформа была еще далека от завершения.
Германия не откликнулась. Кроме восстания тирольских
крестьян под предводительством Андреаса Хофера, авантюры
майора Шилля, напавшего со своими сторонниками на несколько французских отрядов в Германии, и ряда других небольших выступлений, немцы не предприняли ничего, чтобы поддержать, военные усилия Австрии. Во-первых, националистические настроения в Германии в тот момент еще не были столь сильны, во-вторых, слишком велик оказался страх перед непобедимым Наполеоном и слишком ничтожной представлялась вероятность того, что неоднократно битая габсбургская монархия сможет наконец одолеть его. Австрии пришлось воевать в одиночестве.
Боевые действия длились недолго. Французы, опрокинув армию эрцгерцога Карла, 13 мая 1809 г. вновь заняли Вену. Девять дней спустя основные силы австрийцев преградили Наполеону дорогу у селения Асперн. Настал зведный час австрийского генералиссимуса: его армия, сражавшаяся упорно и мужественно как никогда, воспользовалась подарком судьбы — падением моста, отрезавшего часть французских войск от основных сил, — и нанесла Наполеону поражение. Вполне вероятно, что в этот момент Бонапарт был готов к мирным переговорам на достаточно выгодных для австрийцев условиях. Не менее вероятно, что решительные и энергичные действия эрцгерцога Карла сразу после Асперна могли бы превратить победу в сражении в победу в целой войне.
Но австрийский командующий, похоже, сам испугался собственного успеха. Колоссальные потери, понесенные его армией, привели Карла в подавленное состояние духа. «От битвы у Регенсбурга и особенно после нынешней, у Асперна, — писал он родственнику, Альбрехту Саксен-Тешенскому, — не устаю повторять: мир, мир, мир. Лучше пожертвовать чем-то, нежели потерять всё». Наполеон получил возможность передохнуть и перегруппироваться. 5 июля обе армии вновь встретились у Ваграма. Сражение продолжалось два дня и отличалось необычайным упорством и чрезвычайно высокой для тех времен концентрацией артиллерии. «Большая батарея» Наполеона, составленная из сотни орудий, внесла заметный вклад в победу французов. Эрцгерцог Карл увел с поля боя остатки своих войск — достойно бившихся, но вновь проигравших.
Его генералы были деморализованы и тоже просили мира. Карл предложил Наполеону заключить перемирие и отказался от командования. Его воинская карьера была закончена.
Габсбургская монархия стояла на краю гибели. Победитель не скрывал своего намерения расчленить ее или по крайней мере добиться отречения императора Франца, которого считал главным виновником этой войны. В качестве кандидатов на престол рассматривались эрцгерцоги Карл и Фердинанд. Оба не горели желанием «подсиживать» брата, хотя последний и заявил, что во имя блага государства и династии готов отказаться от власти. Тем не менее традиционная лояльность Габсбургов по отношению к главе семьи сыграла свою роль: отречению императора династия предпочла самое тяжелое из всех мирных соглашений, когда-либо подписанных ее представителями. Шёнбруннский мир, заключенный 14 октября 1809 г., означал для Австрии потерю Зальцбурга, Иннской четверти, Каринтии, Западной Галиции и всего Адриатического побережья с Триестом. Габсбурги лишились территории в 100 тыс. кв. км с населением в три с 3,5 млн. человек. Численность австрийской армии ограничивалась 150 тыс. солдат и офицеров. Габсбургская монархия не была унижена до такой степени, как Пруссия, но ее значение в европейской политике резко уменьшилось: из великой державы она превратилась во второстепенную страну.
