Ребята в Ранчи с радостью откликнулись на применение этой техники, необычайно развив способность к перемещению энергии из одной части тела в другую и сидению в трудных асанах[209] в абсолютном равновесии. Они совершали подвиги силы и выносливости, которые не смогли бы осуществить многие взрослые силачи.
Мой младший брат Бишну Чаран Гхош поступил в школу Ранчи, позже он стал ведущим специалистом Бенгалии по физкультуре. С одним из своих учеников он проехал Европу и Америку, демонстрируя силу и ловкость, изумлявшие ученых, в том числе Колумбийского университета в Нью-Йорке и многих других университетах[210].
К концу первого учебного года заявлений от желающих поступить в Ранчи достигло двух тысяч. А школа, которая в то время была исключительно и местом жительства учеников, могла дать пристанище лишь примерно сотне человек. Вскоре было организовано обучение учеников, живущих дома.
В школе мне надлежало быть и отцом и матерью для детей, а также справляться с множеством организационных проблем. Я часто вспоминал слова Христа: «…Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли ради Меня и Евангелия и не получил бы ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев, и сестер, и матерей, и детей, и земель, а в веке грядущем жизни вечной»[211].
Шри Юктешвар так истолковывал эти слова: «Преданный Богу человек, отказавшийся от жизненного опыта брака и семьи, меняет проблемы маленького домохозяина и ограниченной деятельности на значительно более ответственное служение обществу в целом, предпринимает труд, часто сопровождаемый преследованием со стороны неправильно понимающего его общества. Но этот путь также сопровождается и неким божественным внутренним вознаграждением».
Однажды в Ранчи с благословением прибыл мой отец, долго воздерживающийся от этого из-за того, что я огорчил его отказом от предложения занять пост в железнодорожной компании Бенгал-Нагпур Рэйлуэй.
— Сын, — сказал он, — теперь я смирился с твоим жизненным выбором. Мне радостно видеть тебя среди этих счастливых, шустрых ребятишек, твоя жизнь здесь лучше, чем жизнь с бездушными цифрами железнодорожных расписаний. — Он помахал рукой дюжине мальчиков, следовавших за мной по пятам. — У меня было только восемь детей, — заметил он, — но я могу понять тебя! — Глаза его были влажны от слез.
Имея в собственном распоряжении большой фруктовый сад и одиннадцать гектаров земли, мы с учениками и учителями по многу часов ежедневно наслаждались сельскохозяйственными работами на свежем воздухе. У нас было много разных животных — кошек, собак, коз, коров и олененок, которого дети просто обожали. Я тоже так любил оленя, что позволял ему спать в своей комнате. Со светом зари маленькое создание обычно ковыляло к моей постели за утренней лаской.
Однажды, так как мне надо было сделать кое-какие дела в городе Ранчи, я покормил баловня раньше обычного, предупредив ребят, чтобы до моего возвращения они не кормили олененка. Однако один мальчик не послушался и дал ему много молока. По возвращении вечером я узнал печальную новость: олененок при смерти от переедания.
Жалостливо моля Бога пощадить его жизнь, со слезами я взял на колени всеобщего любимца, явно бывшего без признаков жизни. Через несколько часов маленькое создание открыло глаза, встало и слабо заковыляло. Вся школа огласилась радостными восклицаниями.
Но этой ночью я получил памятный урок на всю жизнь. Провозившись с олененком до двух часов ночи, я заснул. Он явился во сне и сказал:
— Ты задерживаешь меня здесь, пожалуйста, отпусти!
— Хорошо, — ответил я во сне.
Тут же проснувшись, я закричал: «Ребята! Олененок умирает!» и бросился в угол комнаты, где был всеобщий любимец. Он сделал последнюю попытку подняться, проковылял ко мне и упал мертвым у моих ног.
Согласно карме, направляющей и регулирующей судьбу животных, жизнь олененка завершилась, и он был готов к прогрессу в более высокой форме. Но из-за глубокой привязанности, которая, как я потом осознал, была эгоистичной, благодаря пылким молитвам я был в состоянии удержать его в ограничениях животной формы существования, от которой душа всеми силами старалась освободиться. В связи с этим душа олененка во время моего сна попросила освободить ее от жизни в теле олененка, поскольку без позволения она либо не хотела, либо не могла отойти. И как только я согласился, сделала это.