Год позабыл, но помню, что в пятницу,К небоскребу подъехав в коляске простой;Я попросил седую привратницуВ лифте поднять меня к вам в шестой.Вы из окошка, туберкулезно-фиалковая,Увидали меня и вышли на площадку.В лифт сел один и, веревку подталкивая,Заранее снял ласково правую перчатку.И вот уж, когда до конца укорачиваяКанат подъемника, я был в четвертом, –Допрыгнула до меня Ваша песенка вкрадчиваяА снизу другая, запетая чортом.И вдруг застопорил лифт привередливо,И я застрял между двух этажей.Бился и плакал, кричал надоедливо,Напоминая в мышеловке мышей.А Вы все выше,Уходили сквозь крышу,И чорт все громче, все ярче пел,И только его одну песню слышал,И вниз полетел.<p>«Летнее небо похоже на кожу мулатки…»</p>Летнее небо похоже на кожу мулатки,Солнце, как красная ссадина на щеке;С грохотом рушатся витрины и палатки,И дома, провалившись, тонут в реке.Падают с отчаяньем в пропасть экипажи,В гранитной мостовой все камни раздражены,Женщины без платий, на голове – плюмажи,И у мужчин в петлице – ресница Сатаны.И только Вы, с электричеством во взоре,Слегка нахмурившись, глазом однимГлядите, как Гамлет, в венке из теорий,Дико мечтает над черепом моим.Воздух бездушен и миндально-горек,Автомобили рушатся в провалы минут,И Вы поете: Мой бедный Йорик,Королевы жизни покойный шут!<p>«Такого вечера не была во-веки…»</p>Такого вечера не была во-веки:Это первый вечер самый настоящий.Небо тяжелей, чем векиМертвой женщины в гробу лежащей.Вы, лежащая в гробу, как в кресле,Кажетесь кошмарною виньеткой.Вы не встанете – я знаю; ну, а если?Если вскинетесь гримасой едкой.В палисаднике осины – словно струны,Ветер трогает смычком размерным.Если вскочите безмерно-юной,Что скажу Вам взглядом я неверным.Нет! Я знаю: – дьявол не обманет,Навсегда прикованная к гробу!Ветер на струнах дождя в туманеДо конца разыгрывает злобу.<p>«Стучу, и из каждой буквы…»</p>Стучу, и из каждой буквы,Особенно из неприличной,Под странный стук вы-лезает карлик анемичный.В руке у него фиалки,В другой – перочинный ножик.Он смеяться устал, ки-вая зигзагом ножек.Мне мерно разрежет сердце,Вспискнет, вложит цветочек,Снова исчезнет в, це-пляясь за округлость точек.Маленький мой, опрометчивый!Вы ужасно устали!Но ведь я поэт – чегоже вы ждали?<p>«Из-за глухонемоты серых портьер…»</p>
