— Рыжий! Ты что! Зачем снял кольца? Ты же обещал мне, что я буду присутствовать, когда ты будешь пугать Гармашёва! А Бронников? Неужели ты лишишь доброго дедушку такого зрелища?
— А ты хочешь, чтобы он и на второй глаз окосел с перепугу? Обломись!
На лекции Гармашёв, показав для разминки, как обычно, несколько новых акробатических упражнений руками, заявил нам, что в конце этого последнего семестра нас ожидает потрясающий душу и разум зачёт.
— Вы должны знать ВСЁ! — энергично выставив вперёд левую ногу и правую руку, закричал он в класс. — Если не будете знать хотя бы одной темы, зачёта не получите!
Мы уже привыкли к этому времени, что Гарма нас частенько пугал, но из этого ничего не выходило, поэтому сейчас мы и в ус не дули. А зря! Если бы мы умели заглядывать в будущее, то уже сейчас я, Наиль и Лёша яростно принялись бы листать учебники по технологии, чтобы избежать грядущих событий. Но, увы, никто из нас пока ни о чём не догадывался…
— ОБЕД ПРОПУСТИМ!!!
Таким диким криком ошеломил нас Чеченев и вывел из состояния полной прострации, к коим неизбежно приводят Гармашёвские задания, которыми он нас снабжал с какой-то садистской быстротой.
— Ба-а-а! — проговорил Рудик, очнувшийся вперёд меня. — И верно, всего полчаса осталось.
Тут уже очнулись и другие подопытные профилакторского лечения, быстренько изучили ситуацию и набросились на Гарму, что-то крича и показывая ему на часы.
Опупевший от такого внезапного взрыва эмоций, тот не сразу всё понял, что от него хотят, а когда это произошло, всё же решился отпустить нас пораньше.
Едва только прозвучало это разрешение, нас как ветром сдуло. Задевая о бороду Гармашёва, мы пулей пронеслись мимо него и побежали к лестнице.
Шествие возглавлял летящий со скоростью ракеты Рудик, который всегда был у нас чемпионом по лестничным забегам. Его хрупкое тельце содрогалось от одной только мысли, что он может остаться сегодня без обеда, и это, наверное, придавало ему и без того нечеловеческую энергию. Вторым летел Чеченев, который заварил всю эту кашу. Более плотный чем Рудик, он всё же не мог представить себе, что кто-нибудь выпьет его компот.
— Ди-и-и-ма-а-а-а! По-до-о-о-о-ожди меня-я! — орал он вслед стремительно уносящемуся к линии горизонта Рудику.
А я-я-я и не спе-е-е-е-шу-у-у-у-у-у! — гудел впереди Рудик, подозрительно оглядываясь на Андрюху и прибавляя шаг, пока его «у-у-у-у-у» не стихло где-то вдалеке.
Зачем побежал я? И сам не знаю. Пропустить профилакторский обед не представлялось для меня концом света, к тому же я понимал, что преодолеть трассу «школа — общага» за полчаса (а если точнее, то уже за двадцать с хвостиком минут) почти нереально. По крайней мере, для меня. И всё же я побежал, уповая на судьбу и проклиная всё на свете.
Трамваи, разумеется, не ходили. Именно на нашем участке уже который раз велись работы по прокладыванию новых трамвайных рельсов, так что до «школы» мы почти всё время добирались пешком, ну, а если повезёт, то можно нарваться на автобус N 2. Хотя и тут были свои ограничения. Если перед этим дома плотно поесть, то всякие шансы втиснуться в битком набитый автобус улетучивались как рыбий бздёх. Хотя, в принципе, Рудику это не грозило, нажрись он хоть до икоты. Не раз мы с завистью смотрели, как он спокойненько пристраивался на единственном оставшемся свободном квадратном сантиметре самой нижней ступени автобуса позади торчащих из двери пассажиров и уносился вдаль, в то время как мы злые и продрогшие шли пешочком в «школу» под пронизывающим всех и вся ветром.
Итак, трамваи не ходили, и нам оставалось надеяться только лишь на свои ноги.
Уж не знаю, как произошло это чудо, но на улице мне удалось Рудика догнать. Не говоря ни слова, мы втроём (к нам вскоре присоединился ещё и Чеченев) мчались вперёд как торпеды, оставив всех остальных далеко позади.
— А Портнов-то, Портнов-то как жмёт! — донёсся до меня удивлённый и одновременно подкалывающий голос Пахома, когда мы его обогнали ещё на первом километре. — На физкультуру надо было ходить!
Никогда в жизни я ещё не ходил так быстро! Пересекая Обводной канал, я почувствовал, как от занятий спортивной ходьбой вместо ног у меня появились две свинцовые балки, передвигающиеся со скоростью света. Тяжесть в балках была неимоверной, однако, это, наоборот, заставляло меня прибавлять шаг.
Достигнув Нарвского проспекта, мы разминулись — Чеченев с Рудиком свернули на него, а я же по инерции шёл прямо по шпалам. Произошло это как-то спонтанно, никто ни о чём не договаривался и никто не желал вернуться и пойти по пути своего летящего товарища.
Испытание закончилось в метро. Только тут я заставил себя сбавить шаг, а то бы мчался так дальше до страшного суда.
Рудик и Чеченев уже были тут (ну, куда уж мне до них, и так хорошо, что не потерял их из вида) и ждали электричку.
А через несколько минут мы бежали бодрым галопом по коридорам общаги, держа талончики на обед в руках как предупреждающие знаки для тех, кто посмел бы нам перегородить дорогу.
