Итак, всё! Астраханские заботы остались позади, и впереди нас ждали чемоданные хлопоты и отъезд в тот загадочный и далёкий город — Санкт-Петербург.
Мы первыми должны ступить на его землю в качестве астраханских студентов. Мы — первый экспериментальный поток. Мы первыми должны будем изведать то новое, о чём ещё никто не догадывается. Мы — кролики! Над нами ставили эксперимент. Опыт, так сказать. Ну, и пусть! Мы должны были не посрамить нашу Астрахань перед Северной Столицей. Так, по крайней мере, говорили нам на протяжении 2,5 лет наши преподы. Мы должны были… но нам было страшно…
— Мама, ну, сколько можно тебе повторять, что туалетную бумагу я взял! Куда ты мне ещё суёшь, ты что думаешь, что в поезде у меня начнётся крупномасштабная диарея? Между прочим, у меня билет, всё-таки, в купе взят, а не в туалет. Может ты, конечно, перед самой дорогой отравить меня решила, тогда понятно, только не знаю, зачем это тебе?
Мои сборы проходили уже третий день и близились к завершению. Зная привычку мамы собираться перед самым отъездом (причём непременно на ночь) — без мамы не проходят ни одни сборы, всё равно сложишь не так, не по ГОСТу — я начал ей внушать чемоданные мысли недели за две перед отбытием. Мама выступила с встречным предложением — составить перепись всех необходимых вещей, которые я собираюсь взять с собой в Питер. Ну, что ж, мысль была просто отличной. Действительно, мало ли чего забудешь в спешке, а ведь я уезжал не на недельку, а на два года. Нужно было взять с собой всё вплоть до мелочей.
Я тут же побежал к себе в комнату составлять список.
Вечером этого же дня список был провозглашен в торжественной обстановке перед всей семьёй. Маманя тотчас же принялась его дополнять и корректировать.
И вот сборы уже шли к концу. Незаметно вытаскивая лишние свёртки туалетной бумаги, я спросил свою родительницу, что же она решила приготовить мне в дорогу. Так же незаметно кладя вынутые мною свёртки обратно в чемодан, она огорошила меня целым перечнем блюд, перечислять который я просто не в силах, а в завершении объявила, что меня ещё ждёт «небольшой» лимонный пирог.
Что ж, всё ясно, подумал я, видимо, так она собиралась оправдать неимоверное количество туалетной бумаги, занимавшей половину сумки, предназначенной для еды.
Спорить я не стал — себе дороже!
В список включались всё новые и новые вещи, без которых, оказывается, невозможно прожить и дня. Так, по крайней мере, считала моя мамочка.
В конце концов, решено было взять всё — от прищепок и иголки до простыней и рубашек.
— Ой, как же ты всё это понесёшь?
— Мам, но меня же дядя Вова встречать будет. Допрём.
Позвонил Игорь. Тот уже тоже собрался и теперь вспоминал, всё ли взял. Договорившись, где мы завтра встретимся, я повесил трубку и побежал тоже вспоминать — а всё ли взял я.
Да, сегодня все наши собрались у Султана, отмечают его день рождения. Разумеется, и меня звали, но я отказался, всё-таки, ещё раз надо пошуровать в тумбочках, осмотреться, да и, вообще, я уже ни о чём, кроме как о поездке и думать не мог. Жаль, я так люблю вечеринки. Это просто моя вторая жизнь. А может быть, и первая. В компаниях я умею расслабляться, забыть обо всех проблемах и получить максимальное удовольствие. Помнится мне одна вечеринка, про которую я просто не могу не рассказать. Уж так она мне в душу запала…
А была она не так уж и давно, всего несколько месяцев назад.
Стоял прекрасный октябрьский денёк 1993 года. С утра наша родная Астрахань праздновала день города.
А за день до этого Лариса пустила слух, что завтра её предки уезжают с сестрой в Харабали, хата свободная, почему бы нам всем не отпраздновать день нашей, с позволения сказать, Родины.
Действительно, почему? Предложение было принято с энтузиазмом, хотя согласились не все, но так всегда бывает. Договорились, кто что принесёт, и Лариска, что-то подсчитав в уме, вёлела всем прийти в пять и никому
На следующий день, боясь не прийти вовремя, я сделал домашним ручкой и удалился в 16–15. Идти я намеревался пешком. Перепрыгивая через буераки, и почему-то не упав в канализационный люк, я прибыл на место встречи в 16–40. Ещё издали я заметил на горизонте одинокую фигуру, которая при приближении поразительно становилась похожей на Владика. Это и в самом деле оказался он.
— Привет, привет! Ты чего тут стоишь и не заходишь.
— А я на посту! Мне Лариска велела всех вас здесь собрать и передать, что родители её пока дома, но с минуты на минуту должны уехать. Как только они уедут, она нас позовёт.
— О'кей!
И он отослал меня в какие-то кусты, под которыми уже сидели Игорёк, Костик и Султан.
Тут я заметил, что в руках у Игоря был дипломат. Вот смешно, с дипломатом на вечеринки ходят.
— Ты на фига с дипломатом-то припёрся?
— А картошку, по-твоему, я в чём нести должен?!
Даже не зная, что ответить на столь неоспоримую логику, я замолчал.
