Экзамен приходился на ужасное время, когда башка полна впечатлений, кругом похмелье и другие последствия Нового Года, а учить ничего не хочется. Видимо, предусмотрев это, Сталлоне разрешил на экзамене пользоваться конспектами, но не учебниками. Однако, и этого обстоятельства хватило мне для того, чтобы вообразить сходство между этим экзаменом и чудо-экзаменом по Фасолько. Тогда я был настолько глуп, что даже не подумал о том, что одно и тоже чудо два раза не сбывается. А зря! В том, что учебники я пронесу, сомневаться не приходилось. Зрение Сиверса позволяло незаметно провести в аудиторию целого слона. Однако, я решил подстраховаться и принялся переписывать недостающие лекции. К вечеру 4-го января я абсолютно расслабился, ничего не учил, полностью уповая на судьбу, считая Киреева лишь неприятной неожиданностью.
— Больше судьба не подкинет мне подобные штучки, — думал я.
Рано утром 5 января мы с Рудиком самыми первыми вышли из общаги и поехали в «школу». Когда мы уже шли по родному мосту через Фонтанку, меня осенила идея.
— Дима, давай Сиверса с Новым Годом поздравим. Старичку приятно будет, да и нам, может быть, поблажку сделает.
— Давай.
— Значит так, заходим к нему и говорим хором: «С Новым Годом!».
— Поздороваться надо.
— А, ну, да. Значит, заходим и говорим: «Здравствуйте, с Новым Годом вас!». Понятно?
— Ага!
— Давай-ка прорепетируем…
Не обращая внимания на шарахающихся от нас прохожих, мы на весь мост орали: «Здравствуйте, с Новым Годом вас!», пока, наконец, не охрипли.
Основательно отрепетировав, мы зашли в корпус «Б», поднялись на второй этаж и обнаружили, что нужная дверь закрыта.
Сталлоне мы нашли в его кабинете. Сиверс сидел к нам спиной, что-то писал и даже ухом не повел от яростно скрипевшей двери.
— Не забудь, что он глухой, — шепнул я Рудику, — надо говорить громче. Ну, три — четыре.
— ЗДРАВСТВУЙТЕ, С НОВЫМ ГОДОМ ВАС! — истошно завопили мы.
Прошло две минуты. Сиверс не шевелился.
— Ну, и что дальше? — спросил я немного удивлённого Рудика. — Это, вообще, Сиверс?
— С задницы вроде бы он. Да и какая разница, любой бы повернулся на наше приветствие. А этот — труп какой-то.
— Значит, это, действительно, он. Давай ещё раз.
— ЗДРАВСТВУЙТЕ, С НОВЫМ ГОДОМ ВАС! — до хрипоты завизжали мы уже на весь институт.
— Мальчики, вы чего тут кричите? — позади нас отворилась дверь, и в кабинет заглянула какая-то очкастая тётка.
— Да мы вот к Сиверсу! — отчаянно сказал я.
Тётка сразу с пониманием и какой-то безнадёжностью посмотрела на нас, печально вздохнула и отвалила, изо всей силы хлопнув дверью. Очевидно, децибелы, исходящие от двери, Сиверс принимал, потому что сразу весь дёрнулся и стал поворачиваться в нашу сторону. Пока он это делал, мы обменялись с Рудиком парой фраз.
— Наверное, она уже опытная, — сказал я про тётку.
— Да уж, наверное, — ответил Дима, — ведь давно уже не девочка.
— Тьфу! Да я не про то. Видал, как она дверью хлопнула? Наверняка, знала, что это единственный способ привлечь внимание Сталлоне.
— Тише, он уже заканчивает поворачиваться!
— Да чего тише-то?!
Сиверс, действительно, уже повернулся и вопросительно смотрел на нас.
Поскольку он молчал, я дал невидимый знак, и мы начали заново:
— ЗДРАВСТВУЙТЕ, С НОВЫМ ГОДОМ ВАС! — мы улыбались до ушей и ждали его реакции.
Сиверс молчал. Я почувствовал себя идиотом.
— Ой, не нравится мне всё это, — мрачно пробубнил я.
— Вам чего, мальчики? — услышали мы первые долгожданные звуки.
— ЗДРАВСТВУЙТЕ, С НОВЫМ ГОДОМ ВАС! — только растянутые губы позволяли нам скрывать наши истинные чувства. А они сейчас были далеко не гуманными.
— Чего? — прохрипел Сталлоне.
— ЗДРАВСТВУЙТЕ! С Н-О-В-Ы-М Г-О-Д-О-М В-А-С!
— Экзамен будет в 207-ой. Возьмите ключ…
Мы кубарем вылетели из его кабинета, и, только открыв 207-ую и зайдя в неё, позволили себе высказать, что в нас накипело.
— А мне эта затея с Новым Годом сразу не понравилась, — орал я на ни в чём не повинного Рудика. Тот только удивлённо смотрел на меня и решил не напоминать мне, что это целиком было моей идеей.
Вскоре подошла Галя. Мы удивились, что народ как-то не особо спешит на экзамен, хотя назначенное время уже подошло. И когда вошёл Сиверс, и мы с помощью рук и ног объяснили ему ситуацию, он согласился дать билеты нам троим сейчас.
Как я и предполагал, учебниками можно было пользоваться только так. Я подготовил кое-как ответы и решил подойти к Сиверсу.
— Ну, и как же ему отвечать, если он ничего не слышит? — спросил я Рудика.
— А ты попробуй, — ехидно ответил тот.
И я попробовал. Первым я ходил на экзамены только в школе, в институте же предпочитал этого не делать, так как по опыту знал, что последних спрашивают не так строго, а из первых обычно выжимают все жизненные соки. Но, очевидно, сегодня я забыл об этом и уже через несколько минут сидел рядом со Сталлоне.
