От Омру бен Одви начальнику соглядатаев Каира
Донесение
о том, что было и происходило среди простого народа и прочих жителей Каира вечером во вторник седьмого дня месяца зу-ль-ка’да.
Старики, писцы диванов, судьи, знатоки прошлого едины во мнении о том, что подобного происходившему вечером во вторник седьмого дня месяца зу-ль-ка’да Каир доселе не видывал. Не ведомо такое и ни в какой другой стране. Я слышал все это своими собственными ушами от семинаристов Аль-Азхара, стариков молельни аль-Халлуджи, торговцев кварталов аль-Гурии и аль-Батынии, брадобреев, сидящих перед воротами аль-Музейнин; в молельне Слепых, в мечети Аль-Азхар. Ибо доселе еще не случалось, чтобы глашатаи выходили каждые полчаса. Их появлению предшествовал бой барабана. И всякий раз они сообщали о новом деле или приносили новую весть. Из-за множества вестей и обращений ни одно из них не повторялось дважды, хотя по обычаю султанский указ повторяют целую неделю ежедневно по пять раз.
Скопление народа было великое. Весь квартал аль-Батыния, все его жители — мужчины и женщины — высылали на улицу. Издавали радостные возгласы, махали руками, кричали во все горло. Говорили разное. Чтобы не быть многословным, повторю самое замечательное из того, что я слышал.
Первое. Многие громко благословляли Аз-Зейни после первого и четвертого обращения. Слова одобрения были на устах у всех, особенно у женщин. Они громко выкрикивали: «Да продлит аллах дни Аз-Зейни!» Все считают: Аз-Зейни известно, что вызывает страдания плоти и духа человеческих, ибо ему чуждо высокомерие и стремление подражать чужеземным порядкам. Его приводит в содрогание одно упоминание о несправедливости. Ему отвратительно, когда терзают людей. Коленопреклоненный, он творит молитву в положенные часы. Один торговец харисом[41], по имени Шалес ар-Рамадани (живет в первом доме квартала ар-Рум аль-Джавания, лет от роду немногим более сорока, седобородый), утверждал, что видит, как Аз-Зейни тайно выходит на улицу то днем, то ночью, чтобы незаметно узнать, как живет народ, от чего страдает и мучается. Торговец говорил, что аллах послал Аз-Зейни быть защитником бедняков в такие времена. Он добавил, что знает слугу из дома Аз-Зейни Баракята, который говорил, что его господин прежде, чем отойти ко сну, проливает горючие слезы, печалясь о том, что ночь опустила свое покрывало на безвинно страдающих от гнета и притеснений. Посему Аз-Зейни испытывает страшные душевные муки и просит у аллаха прощения за то, что не смог искоренить несправедливость.
После обнародования четвертого обращения распространился слух, будто Аз-Зейни явился к султану и они надолго уединились. Аз-Зейни будто бы сказал султану: «Ты будешь отвечать за своих подданных перед аллахом в день Страшного суда. И тебе воздастся и мне воздастся по заслугам за каждое преступление, которое совершилось с нашего ведома или без оного. И никуда не деться нам в тот день от его карающей десницы!»
