А я тут как тут, такой весь добрый, настроенный на захват
- Давайте жить дружно! - потом проворно выхватываю так и не использованный арбалет и аккуратно отбрасываю на кровать. Подхватив пленницу за длинные волосы, я поднял ей голову, чтобы заглянуть в лицо. - Японский городовой! - вырвалось у меня, потому что вместо взлелеянной в мечтах красавицы в моих руках истерически бьётся парнишка, лет пятнадцати. Волосы-то у него длинные, а вот лицо, да ещё и перечеркнутое шрамом, сомнений в его половой принадлежности не вызывает.
Парень от страха моментально побледнел до синевы и даже начал протяжно подвывать, а потом его глаза расширились от удивления, он хрипло прокашлялся и ошарашено спросил:
- Так ты... живой?!
- Как видишь, - ответил я самым миролюбивым тоном. - А кого ты тут надеялся увидеть?
Нежданный гость закосил глазами по углам комнаты, и выдохнул:
- А где сторож?
Пришлось принимать меры, чтобы разговор вёлся в нужном мне русле. Меч на спине гостя я тоже вынул из ножен и отбросил подальше. В просторных складках рясы тоже могло оказаться что-то опасное, поэтому, не мудрствуя лукаво, я просто стянул пареньку запястья рук за спиной, вздёрнул лёгкое тело вверх и поставил перед собой на колени для допроса:
- Имя? - я добавил строгости в тон. - Отвечай! Как тебя зовут?
- Са-са... - стал он с хрипом заикаться, и, наконец, выдавил: - Сандер.
- Где живёшь?
- Мм... в домике лесника...
- Кто там ещё с тобой живёт?
- Никто. Только я один...
- Зачем сюда бежал?
- Взрыв услышал у Багрянки, - паренёк отвечал всё уверенней и безбоязненней, с каким-то невероятным интересом рассматривая мою пижаму и выбивающиеся из общего вида берцы. Бинокль вроде особого интереса у него не вызвал, а значит, видел подобное или вообще понятия не имеет, что это такое.
- А в дом зачем полез?
- Так ведь окно открыто! Вдруг случилось чего... помочь надо или как...
О-о! Чувствую, этот местный пейзанин похлеще любого цыгана, кого угодно проведёт и в дураках оставит. Запястий мне его не видно, но прямо физически ощущаю, как он пытается вывернуться из ременных пут. Зря это он, я свои умения не по брошюркам для диверсантов отрабатывал, а в самых, что ни на есть, боевых условиях. Так что чем больше дёргается, тем туже петли затянутся, а там и ручки синеть начнут.
А вдруг не зря он трепыхается? Завалил лицом на кровать, глянул мальцу за спину. Полный порядок. Опять вернул в исходное положение, намереваясь продолжать допрос и замер в недоумении. За щекой моего нежданного гостя из леса отчётливо просматривался вздувшийся флюс. А ведь пару мгновений назад, его не было!
Подставляю ладонь к его подбородку:
- Отдавай! - тяжкий вздох пленника, и на ладонь мне вывалился массивный золотой перстень с бриллиантом. - Остальное - тоже! - ору, с огромным трудом давя в себе разрывающий внутренности смех. На ладонь падает тонкое женское колечко и одинокая чёрная жемчужина.
После чего нахмурившийся от горя Сандер, заявляет:
- Нет ничего больше! - и нагло открывает рот. Пользуясь случаем, внимательно там всё осматриваю и стараюсь улыбнуться мальцу, как родному племяннику:
- Если что проглотил, и оно у тебя в желудке прирастёт, сам будешь себе вскрытие делать. Ещё при жизни!
- Да нет, - кажется, парень опять струхнул. - Не глотал я ничего... - и откровенно признался. - Слюны нет...
Ну, это нормально: человек, когда боится, у него тотчас во рту пересыхает. Но сила воли у этого типа о-го-го какая! Всё равно попытался хоть что-то урвать для себя. Силён, бродяга! Поэтому меняю тему допроса:
- Зачем тебе такое ценное кольцо? - блефую. - Его ведь продать трудно, скорей убьют, чем заплатят.
- Ну-у... если осторожно, то можно и продать...
- Где продать? В лесу, что ли?
- Да не в лесу. Но мало ли куда судьба забросит.
Однако! То ли тут все такие пейзане с детства философы и умники, то ли мой пленник особенный и, сравнивая его с цыганёнком, я его слишком недооценил. Что интересно, своей ауроцепцией я чувствую: паршивец мне ещё ни разу не соврал, но ему есть что скрывать. Но прямо спрашивать обо всём подряд нельзя, сразу поймёт, что я в местных реалиях последний лох и воспользуется этим. Поэтому - да простит меня бог за излишние грубости в отношении мальца - начинаю на него давить:
- Значит так, Сандер! - многозначительно наматываю тонкую прядь его волос на большой палец своей левой руки. - Сейчас мне начинаешь рассказывать подробно и досконально всю свою биографию: где родился, что делал, с кем и где жил до своего поселения в лесу. Если хоть раз остановишься, соврёшь или запнёшься на полуслове - выдираю этот клок и готовлю следующий. Понял? Приступай!
