Темными боковыми улочками они направились к Стрёйет. Тихая пора, прохожих почти не видно. Лишь изредка впереди мелькали неясные, темные фигуры. Они миновали кафе «Центральный уголок», где над входной дверью красовался громадный пасхальный цыпленок из желтого плюша. Изнутри струился свет, слышалась музыка, а в окнах были устроены пасхальные ландшафты с зайчиками, цыплятами, яйцами и уймой гирлянд. Чуть дальше, передними колесами на тротуаре, стоял автомобиль с включенным стояночным светом.
Йоаким с Сюзанной были уже близко, когда грянул истошный вопль. Откуда он донесся, определить невозможно. Наверно, из какой-то подворотни. К машине вдруг устремились четыре-пять темных фигур, все в слоновьих масках с прорезями для глаз. Один вспрыгнул на капот, второй — на багажник. Остальные принялись молотить по дверцам ногами и кулаками. В машине яростно залаяла большая собака. За запотевшими стеклами кабины вспыхнул свет, дверца приоткрылась: собаку выпустили. Та выскочила вон с явным намерением вцепиться в глотку ближайшему из громил. Гибкое тело овчарки взлетело в прыжке, свет уличного фонаря блеснул во вздыбленной шерсти на загривке, в струйке слюны в ощеренной пасти. И тотчас пинок по брюху свалил животное наземь. Еще один пинок. И еще. Слышались только глухие удары да пронзительный визг собаки.
Сюзанна крепко, до боли, вцепилась Йоакиму в плечо.
— Идем отсюда! — решительно бросила она и потащила его назад.
Немного погодя Йоаким оглянулся: машина ходила ходуном, едва выдерживая натиск четырех черных фигур. Зажглись габаритные огни. Потом взревел мотор.
— Не оборачивайся! — скомандовала Сюзанна, по-прежнему цепко держа его за плечо.
— Может, зайти, сообщить о случившемся? — неуверенно предложил Йоаким.
— Куда зайти?
— Да хоть сюда. — Он кивнул на пасхального цыпленка над дверью «Центрального уголка».
— Там одно старичье. И что ты им скажешь?
— Скажу, что на человека напали. И позвоню в полицию.
Сюзанна не ответила. Тонкие каблучки стучали по брусчатке.
— Вряд ли нам стоит встревать в эту историю, — в конце концов сказала она.
— Почему?
— Мне кажется, там была разборка между своими. Вдобавок тот, в машине, наверняка уже смылся.
— А как же собака?
— Ты будешь вызывать полицию из-за собаки?
Она расслабила хватку. Некоторое время оба молчали, а вскоре вышли на Стрёйет, многолюдную, залитую огнями. Сюзанна замедлила шаги, перевела дух.
— Фу, какая же мерзость! — Она вздрогнула, кутаясь в свое легкое пальтишко, и вдруг показалась Йоакиму ужасно маленькой и хрупкой.
— У меня машина тут неподалеку, — сказал он. — Я отвезу тебя домой.
— Спасибо.
Садясь в машину, Сюзанна сообщила, что живет возле станции «Энгхаве», но ни улицу, ни номер дома не назвала.
По дороге из центра Йоаким вдруг понял, что, пока они не добрались до места, ему необходимо что-то предпринять. Пригласить ее куда-нибудь. Теперь вроде как и почва для этого есть. Оба они стали очевидцами некого происшествия. Да, он пригласит ее в кафе. Прямо сейчас и спросит, не поужинает ли она с ним. Опасаться ей нечего, они же будут на нейтральной территории. Можно пойти в «Ле соммелье». Сюзанна, судя по всему, живет небогато. Котелок, пальтишко на рыбьем меху, даже чуть слишком темные тени под глазами — все говорило об этом. Ведь Сюзанна — мать-одиночка. И в «Ле соммелье» наверняка пойдет с удовольствием. Пожалуй, изумится меню и ценам. Вдобавок это слегка поднимет его в ее глазах. Он толком не отдавал себе отчета, где все пошло наперекосяк. Однако чувствовал, что все время балансирует на грани. Еще немного — и он потеряет равновесие, не устоит, а она ускользнет от него. Как раз сейчас вид у нее был весьма неприступный. Она сидела прислонясь плечом к окну, зажав руки между колен, будто хотела их согреть, и казалась погруженной в собственные мысли. Потом вдруг сказала:
— Здесь надо свернуть.
Он проехал мимо автозаправки, через железнодорожный мост и послушно повернул направо. Серая церковная колокольня светилась крестами сквозных проемов. Йоаким сбросил скорость.
— Где остановить?
— Прямо здесь, — ответила Сюзанна.
— Стало быть, здесь ты и живешь?
— А что? Место замечательное.
Он наклонился было к ней, хотел сказать про приглашение. Но она уже отстегнула ремень и взялась за ручку дверцы. Йоаким почувствовал себя дураком: не кричать же все это ей вдогонку.
— Спасибо за вечер, — сказала она, быстро обняв его на прощание. — Может, когда-нибудь встретимся снова.
— Да, — поспешно воскликнул он, — было бы здорово!
Сюзанна уже вылезла из машины. В свете фар он видел ее ноги, когда она пошла прочь. Помахала ему рукой. И исчезла.
Однако через минуту вернулась.
— Не хочется мне идти домой, — с трудом переводя дух, сказала она, когда он открыл дверцу. — Давай поедем куда-нибудь. В кафе, как ты предлагал, или к тебе домой.
