— Вчера. Вы с Лийгой смылись к официалам, обсуждать доставку великого и ужасного, а мы засели дома. Ну и вот. Рубашки, наушники, штаны, плееры, ещё какая-то дребедень, — Скрипач зажмурился. — Не понимаю, для чего ей это всё понадобилось?
— Скорее всего, она просто тоскует по дому, — ответил Ит. — И это немудрено. Знаешь, я читаю «Азбуку», и понимаю, что я тоже очень сильно тоскую. По всему, что осталось в прошлом. По людям, по местам, по времени. Помнишь, когда мы оказались впервые на Терре-ноль, и пытались найти выход… рыжий, у нас же крылья за спиной тогда были, клянусь тебе. Я до сих пор ощущаю их тень. Страшное горе, но одновременно с ним — настолько яркие, настолько чистые чувства… я больше не испытывал такого никогда. Думаю, ты тоже.
— Да, я тоже, — кивнул Скрипач. — Словно до Терры-ноль мы смотрели на мир сквозь мутное стекло, а там — это стекло исчезло. Даарти? Может статься, что и Даарти, название действительно не имеет значения. Слушай, а ты хотел бы это всё вернуть? — вдруг спросил он. — Вот именно то, что было тогда. Чистое и настоящее.
— Хотел бы, но ведь это невозможно, — Ит вздохнул. — И ты об этом знаешь не хуже меня. Крылья… от них осталась только та самая тень, про которую я сказал. Чувства? Их тоже больше нет, вот таких, да и не будет уже, наверное, никогда. Я даже знаю, когда они для нас исчезли.
— И когда же? — спросил Скрипач, хотя уже догадался об ответе.
— Когда мы активировали портал, — Ит отвернулся. — Тот, который привел нас обратно.
— Думаешь? — Скрипач нахмурился.
— Знаю, — вздохнул Ит. — А ещё у меня порой возникают крамольные мысли, рыжий.
— Ты о чём? — не понял Скрипач.
— Я порой думаю, что нам, наверное, лучше было бы вдвоем умереть там, в кузове грузовика, на перегоне. Зря мы тогда спаслись. Зря, рыжий. Прости меня за то, что я спас тебя в тот раз. Не нужно было этого делать.
— Ит, замолчи, — сказал Скрипач беззвучно.
— Ну почему же. Есть… как бы правильно сказать… Есть моменты, которые нужно оставлять в вечности, и оставаться в них. Понимаешь? У нас был тогда тот самый момент. А мы его упустили. Да, упустили, из-за моего малодушия, и из-за того, что я думал — это и есть спасение. А это было не оно, рыжий.
— И что же это было?
— Начало падения в пропасть, — ответил Ит. — Кроличья нора, как в «Алисе в стране чудес». Вот только та нора имела всё-таки глубину, и конечную точку маршрута, а эта, наша, оказалась бездонной. Подумай сам, скольких мы, падая, уже успели с собой затащить туда, откуда нет возврата.
