Мы понимаем друг друга с полуслова, и Альбина пристраивается между моих ног. Её горячее дыхание так сильно сводит меня с ума, что я не могу устоять. Я впиваюсь руками в её волосы и хватаю за затылок, всем своим видом показывая, что она должна сделать.
Я жду наслаждений...
Я мечтаю об этом...
Но тут меня накрывает внезапно возникнувшая боль, которая лезвием клинка пронзает нижнюю часть живота. Это происходит так неожиданно, что я вскрикиваю, бью Альбину пяткой в грудь и хватаюсь за промежность. Глаза наполняются слезами, а я продолжаю выть, при этом стараясь не разбудить соседей.
– Ой... кажется, у тебя месячные начались... – бормочет под нос Альбина.
– Какие месячные, идиотка?! Ты зачем это сделала?!
И тут её осеняет.
– Блять... я что, лишила тебя...
Мне больно и смешно.
– Твою мать! – выкрикивает она на всю квартиру. – Аня, прости, пожалуйста! Я не знала, что ты... Постой! Тебе двадцать три года, и ты до сих пор...
– Заткнись, иначе голыми руками придушу! – Мне все ещё больно, но я поднимаю голову и смотрю на неё. – Почему у нас с тобой всегда столько проблем?
Крещенские морозы в этом году ударили сразу после рождественских праздников. Аномальные минус тридцать восемь градусов для нашего региона парализовали жизнь и заставили людей задуматься над тем, а стоит ли выходить на улицу в такую погоду. Город окутала морозная дымка. На самых сложных участках дороги поставили патруль дорожно-постовой службы, в больницах открыли временные пункты размещения для бездомных, занятия во всех образовательных учреждениях отмерили до конца недели, а коммунальные службы перешли в режим повышенной готовности. Казалось, весь Приморский край умирал во льдах внезапно начавшегося ледникового периода.
Я так и не смогла вызвать такси, а многие мои соседи не стали тратить время на отогрев личных автомобилей и поехали на работу городским транспортом. Мне тоже пришлось мёрзнуть в автобусе, который по пути к месту назначения останавливался несколько раз. Я не знаю, чем занимался водитель, но мы явно не спешили.
Добравшись до нужной остановки, я купила горячего шоколада, но он остыл раньше, чем я успела перейти дорогу. К тому же держать бумажный стаканчик голыми руками была самая ужасная идея из всех, что могла прийти в мою дурную голову. Более того, я оделась по погоде: утеплила ноги шерстяными носками, захватила вторую пару варежек, завернула шею тёплым шарфом и накинула на шапку не самые удобный капюшон. Черт возьми, я даже подштанники надела, как это делал мой дедушка.
И все равно я начала замерзать.
Стоять на открытом воздухе не слишком приятно, но я все ещё стою и жду, когда она выйдет из здания и соберётся поехать домой. В зимнее время года темнеет рано, поэтому на часах всего семь часов, а город давно освящают фонари.
Наконец я замечаю, как открывается парадная дверь. На крыльцо выходит женщина в тёплой шубе. Она прикрывает лицо чёрным платком и движется в направлении автомобиля, что дожидается на автостоянке.
– Эй! – кричу ей вслед, вынуждая встать и обернуться.
- Аня?! – искренне удивляется она, делая вид, словно между нами ничего не было. - Что ты здесь делаешь?
– Пытаюсь не отморозить пятую точку, – холоднее крещенских морозов отвечаю я. – И тебя жду.
– Зачем?
– Ты издеваешься?! – прыгаю с ноги на ногу, пытаясь отогреться. Пальцы ног уже онемели от холода. – На звонки ты не отвечаешь, сообщения игнорируешь, а когда я приехала к твоей маме домой, она сказала, будто бы ты переехала. Это было сразу после того, как я увидела тебя в окне! Что происходит, Альбина? Почему ты избегаешь нашей встречи с самой новогодней ночи. Десять дней, черт возьми! Мы не виделись почти две недели! Что происходит?
– Аня, ты выбрала не самое подходящее время для выяснения отношений, – тяжело вздыхает Альбина, пытаясь открыть дверцу автомобиля.
– Не смей отворачиваться от меня! – хватаю её за руку, отбираю ключи и бросаю их в сугроб. – Только попробуй сбежать! Богом клянусь, я тебе все шины проколю!
– Что ты делаешь? Зачем ты...
– Я больше часа прождала на морозе, чтобы поговорить с тобой! И я не позволю поступать с собой подобным образом! Думаешь, я малолетняя сучка, которую можно поиметь и бросить, не попрощавшись? Ты заблуждаешься! А теперь объясни, что происходит! Почему ты начала избегать меня? Это из-за того случая?
– Дело не в этом...
Позади меня открывается дверь. Из отделения полиции выходит высокий темноволосый шатен с карими глазами в униформе полковника внутренних дел. И он идёт в нашу сторону.
– Альбина, я ведь попросил, чтобы ты не убегала, – звонко смеётся он, обхватив её талию. Этот мужчина смотрит на меня, поднимает из снега ключи и расплывается в улыбке: – Чего тебе, девочка?
– Что ж, это многое объясняет... – крепко сжимаю кулаки.
– Альбина, это твоя подруга?
– Да нет. Это старшая сестра одного из мальчиков, которого я поставила на учёт в прошлом году, – совершенно спокойно отвечает она. – Прости, Аня, но я уже сказала, что делом твоего брата будут заниматься в Москве. Боюсь, я уже ничем не смогу...
