И в наше время мы знаем примеры стихийно складывающихся погребальных шествий.
...Жарким олимпийским летом 1980 года Москва хоронила Владимира Высоцкого. В неблизкий путь от Театра на Таганке до Ваганьковского кладбища шла несметная толпа...
...Зимой 1991 года в последний путь провожали академика Андрея Сахарова. Люди шли за медленным катафалком к дальнему Востряковскому кладбищу...
Так что ушедших традиций, наверное, не бывает. Бывают частые и редкие случаи.
Похороны по-императорски
В бумагах Екатерины II сохранились распоряжения императрицы на счет её смерти. На могильной плите следовало выбить такую надпись:
"Здесь лежит Екатерина Вторая, родившаяся в Штеттине 21 апреля (2 мая) 1729 года. Она прибыла в Россию в 1744 г., чтобы выйти замуж за Петра III. Четырнадцати лет от роду она возымела тройное намерение - понравиться своему мужу, Елизавете (правившей тогда императрице Российской. - Авт.) и народу. Она ничего не забывала, чтобы успеть в этом. В течение 18 лет скуки и уединения она поневоле прочла много книг. Вступив на Российский престол, она желала добра и старалась доставить своим подданным счастие, свободу и собственность. Она легко прощала и не питала ни к кому ненависти. Обходительная, от природы веселонравная, с душою республиканскою и с добрым сердцем, она имела друзей. Работа ей легко давалась, она любила искусства и быть на людях".
Пространные надписи отнюдь не были приняты на гробницах русских государей - ни в Архангельском соборе Московского Кремля, где они покоились начиная с Ивана Калиты, ни в соборе апостолов Петра и Павла в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга, ставшем местом упокоения императоров России начиная с Петра I. Однако Екатерина II и не собиралась покоиться в Петропавловском соборе. В завещании она подробно расписала, что - "буде я умру" в Петербурге или на ближней царской даче в Пелле хоронить "в Невском монастыре", то есть в Александро-Невской лавре, "в соборной или погребальной церкви"; если в Царском Селе или Петергофе - на ближнем кладбище; "буде на Москве" - в Донском монастыре или ином ближнем кладбище. Наконец: "Буде в ином месте - на ближнем кладбище".
Можно себе представить, чтобы Екатерина, при жизни почитавшаяся Великой, покоилась - "буде" скончалась бы в дороге, объезжая свою империю, - на скромном погосте заштатного городка, а на могильной плите красовалась бы "веселонравная", но вместе с тем очень самопохвальная надпись? Нет, мы этого представить себе не можем, потому что так не было. Без внимания были оставлены заготовленная эпитафия и завещанные места захоронения. Нарушены были и завещательные распоряжения насчет того, чтобы не перетруждать себя трауром: сразу после погребения "разрешить венчание браки и музыку", через шесть недель "раскрыть все народные увеселения", "носить траур полгода, а не более, а что менее того, то лучше". Траур был расписан на год, "на все четыре квартала" лично наследником Павлом I.
А ведь Екатерина специально приписала в завещании: "Копию с сего для лучшего исполнения положется и положено в таком верном месте, что через долго или коротко нанесет стыд и посрамление неисполнителям сей моей воли". Почему же ослушались?
Бумаги, которые мы тут цитировали, были незаконченными, черновыми и поэтому при желании вполне могли быть сочтены за нечто предварительное и оттого необязательное, а то и вовсе как очередное проявление природного "веселонравия" царицы.
Но зададимся вопросом: чего это Екатерина решила шутить по поводу собственных похорон? Может быть, она вообще несерьезно относилась к российским погребальным традициям, императорским в частности? Ничуть не бывало. Екатерина с гордостью вспоминала, что именно она распоряжалась "траурной комиссией" по смерти императрицы Елизаветы, для чего "брала советы от старых дам" и "в чем на них угодила чрезвычайно". Уже тогда она прекрасно изучила чин императорских похорон. Отличием его, идущим ещё от давних, великокняжеских традиций, было среди прочего долгое прощание с телом - шестинедельное. Вспоминая те прощальные недели, Екатерина II не упустила рассказать о случившихся тогда других похоронах - пышных и скандальных:
"Две недели по кончине покойной Государыни умре граф Петр Иванович Шувалов. За несколько дней до кончины его, он и брат его большой, Александр Иванович Шувалов, были от императора пожалованы в фельдмаршалы... Хотя огромные похороны и при оных великолепные выносы указом покойной Государыни запрещены были, но, однако, господа Шуваловы выпросили у Императора, дабы граф Петр Иванович с великолепной церемонией погребен был; сам Император обещался быть на выносе. В назначенный день ждали очень долго императора, и он не прежде как к полудню в печальный день приехал. Народ же ждал для смотрения церемонии с самого утра, день же был весьма холодный.
