Они обменялись взглядами, понимая, что это лишь начало долгого пути к восстановлению контроля.
Мэт вышел из кабинета и собрал всех сотрудников в главном вестибюле. Он стоял у стеклянной доски, заляпанной формулами и похабными стикерами.
— Народ, — начал он, стараясь звучать твёрже, чем чувствовал. — С сегодняшнего дня мы усиливаем меры безопасности на всех уровнях и вводим в компании цифровую гигиену! Все данные — под замок. Персональные, психометрические, даже ваши кошачьи фото в рабочем чате. Шифрование, двухфакторка, биометрия.
Чен кивнул так резко, что его очки съехали на кончик носа.
— Это логично, — произнёс он, поправляя оправу. — Данные — новое золото. Золото нужно хранить в сейфе, а не в картонной коробке.
Иван неожиданно резко возразил:
— Да вы что, с ума посходили?! Мы и так как белки в колесе. Перевод всех систем на новые стандарты займёт кучу времени! А если сервак упадёт в полночь, я что, должен буду сканировать радужку своей кошки, чтобы его поднять?
— Кстати, о кошках, — вмешался Раджеш. Он скрестил руки на груди и захихикал. — Мэт, ты серьёзно думаешь, что эти замки нас остановят? Я за пять минут обойду твою «биометрию» с помощью скрепки и бананового кефира. А психометрию… — Он сделал паузу, щёлкая маркером по столу. — Думаешь это сложно, сгенерировать фейковый профиль и выдать его за свой?
Мэт вздохнул. Он представлял этот разговор иначе — например, как в фильмах, где команда встаёт и аплодирует мудрому лидеру. Вместо этого он получил цирк.
— Радж, ты бы поубавил свой пыл, — процедил Мэт. — Если ты не хочешь ещё одного личного разговора со мной, то ты бы лучше занялся внедрением новых систем безопасности...
Раджеш мгновенно замолчал, уткнувшись в телефон.
— Послушайте, — Мэт обвёл взглядом комнату, — я знаю, это неудобно. Но это необходимые меры. Что не убивает, то делает сильнее!
— Сильнее? Это концлагерь, а не компания будущего! Ради чего такие драконовские меры? — перебил Иван.
Чен поднял палец, словно собирался прочитать лекцию о данных.
— Контроль — это не ограничение, а путь к порядку.
Мэт постучал кулаком по доске, отчего стикер с надписью «Я люблю кодить, как люблю женщин: медленно и с багами» улетел на пол.
— Хватит! — рявкнул он. — Сегодня же настраиваем двухфакторку для всех. Чен, ты отвечаешь за шифрование. Иван… — он посмотрел на него в лоб, — ты всё понял?! А Радж…
— Я знаю, знаю, — махнул рукой Раджеш. — «Не взламывай внутренние системы».
Когда команда разошлась, ворча как стая недовольных котов, Мэт упал в кресло. На экране телефона светилось сообщение от Пола: «Как прошло?».
— Как роды у ежа, — пробормотал он, отправляя смайлик с фальшивой улыбкой.
Только Чен остался, методично стирая с доски похабные рисунки.
— Они привыкнут, — сказал он, словно читая мысли. — Хаос — тоже часть системы.
— Надеюсь, ты прав, — Мэт потянулся к кофе, который уже остыл.
А в углу офиса Радж уже демонстративно приклеил новый стикер: «Цифровая гигиена — это когда тебе говорят мыть руки, а ты взламываешь кран».
Пол сидел за столом у себя в кабинете. Напротив него ёрзал Мэт, перебирая папку с надписью «Иван Волков»:
— Он снова проигнорировал протоколы безопасности. — Мэт швырнул на стол распечатку логов. — Если бы не Чен, который заметил аномалию, мы бы потеряли кучу времени.
Пол молча взял листы. Его лицо, освещённое синим светом монитора, выдавало смесь гнева и бессилия. Иван, их звёздный архитектор, был незаменим. И невыносим.
— Ты говорил с ним? — спросил Пол, хотя знал ответ.
— Говорил. Он назвал меня «параноиком с комплексом вахтёра», — Мэт усмехнулся. — Но я кое-что нашёл.
— Он открыл папку и достал фотографию: Иван был в подозрительном баре, забитом людьми. На заднем плане напротив него сидел программист из другой компании.
Пол присвистнул.
— И ты хочешь шантажировать его этим?
— Хочу напомнить, что мы все в одной лодке. Если она утонет, его «креативность» не спасёт.
Пол откинулся в кресле, будто пытаясь отодвинуться от этой грязи:
— Нам нужно взять быка за рога!
— Нет, Пол! Нам нужно взять этого «сукина сына» за яйца…
В офисе Ивана пахло энергетиками и дерзостью. Стены украшали постеры с надписями «Нет ничего лучше русской печи!» и фразами из классической русской литературы. Сам Иван, уткнувшись в три монитора, даже не обернулся, когда вошёл Мэт.
— Будешь опять читать мне лекции? — бросил он, печатая с такой скоростью, будто клавиатура была его врагом.
— Нет. Делиться фактами, — Мэт положил перед ним фото из бара. — Мы всё знаем!
Иван медленно повернулся. Его глаза, обычно горящие сарказмом, сузились.
— Ну и что? Это мой школьный друг. Я что, не могу встретиться с ним попить пивка?
— Ты сливаешь ему секреты, — решил блефануть Мэт.
— Глупости. Ничего я ему не сливаю. У программистов есть понятие фейр-плей. Мы такими вещами не занимаемся.
Мэт сделал вид, что не услышал его фразу, достал из портфеля другие фотографии и разложил их на стол:
— Узнаёшь?
— Ну да, — ответил Иван. — Это моя младшая сестра.
