Не скрою — я знал, что этот момент рано или поздно наступит. Власть денег — страшная сила и мало кто, заполучив её, сумеет найти в себе достаточно воли, чтобы ей не воспользоваться, но кажется и нашим кураторам во властных верхах предложили что-то такое, от чего они отказаться не смогли. Уверен, что весьма интересные предложения поступят всем сотрудникам института достаточно скоро и без тёплого места под солнцем не останется ни один, но того коллектива, в котором я проработал почти тридцать лет, уже не будет. Ты наливай, а впрочем, подожди.
Завадский открыл сейф и достал оттуда бутылку водки с наполовину содранной наклейкой. Затем вернулся к столу и нажал на кнопку вызова секретаря.
— Настенька, валькирия моя телефонная, повелительница документов и гроза посетителей. Посмотри, нет ли там у нас в холодильнике чего-то такого, что подошло бы под водочку.
— Это Нимов там хулиганит? Знала б — отобрала бы. Тоже мне, додумался, начальство спаивает. Пал Валентиныч, ну откуда? Вы ж водку не пьёте.
— Ну неужели совсем ничего нет? Никакой завалящей консервины с жертвами геноцида рыбного или крупного рогатого народа?
— Я могу в буфете узнать.
— Сходи, красавица моя, сходи. А потом к нам приходи. Последний день ведь у нас, возможно. Может, уже и не увидимся завтра. Выгонят твоего шефа взашей на пенсию и всё.
— Шуточки у вас, Пал Валентиныч. Я минут через десять буду.
— Давай давай. — Завадский нажал отбой.
— А ведь вы, Пал Валентиныч и правда собрались на пенсию. — Макс пристально посмотрел на профессора. — Не, ну не верю, что специалиста вашего уровня не оторвут с руками.
— В этом-то я как раз не сомневаюсь, но понимаешь, какое дело: последние лет десять я работал даже не из-за денег, а исключительно для собственного удовольствия. Мало кто знает, но будь моя воля, я вообще перенёс бы весь наш отдел на Третью Базу.
— Так половина сотрудников поувольнялась бы сразу. Семьи у них, да и Аномальные Территории не Мальдивы всё же.
— Да. Место, скажем прямо, не курорт, — Завадский выглянул в приёмную, убедился, что Настенька ушла, и поставил странную бутылку в холодильник, — но есть у него одна особенность, которую ты наверняка уже понял: с каждой поездкой туда к нему всё сильнее привязываешься. Более того — с каждым разом уезжать оттуда становится всё труднее.
— Угу. На себе испытал уже. Что-то я ещё такое вспоминаю. Петров, который из медиков. Он года три назад уволился, а после сталкером простым стал. Потом один из его друзей, когда меня от первого похода по подвалам того завода, который рядом с базой находится, отпаивал, рассказал ту историю, как этого Петрова потеряли на одном из выездов. Вы слышали эту байку?
— Тебе её в подробностях рассказывали? — заинтересовался Завадский.
— Если честно, то не особенно. Вроде как потеряли его на выезде, а когда за ним вернулись, то нашли его совершенно спятившим. Ну а потом он на вольные хлеба подался. Я ж тогда ещё в другом отделе работал.
— Понятно. Конкретики было мало, а выдумок наверняка много. Хочешь полный вариант услышать?
— А то.
