Это конечно не мой штраф за превышение скорости, хотя я бы солгал, если бы не сказал, что думал о том, чтобы отдать его ему. Это всего лишь подарочный сертификат на пять тысяч долларов в B&H Photo, лучший и самый большой магазин фотоаппаратов в городе… возможно, даже в мире.
— Софи подговорила тебя на это? — заикаясь, промямлил он, все еще не в силах моргнуть глазами.
— Нет. Она понятия не имеет.
Он потерял дар речи.
— Это меньшее, что я мог сделать за то, что разбил твою камеру.
Его челюсть упала на пол; бедный парень пребывал в шоке.
— Мужик, я не могу этого принять.
— Оставь себе. Я хочу, чтобы он был у тебя. Кроме того, он не подлежит возврату, а мне он не нужен.
— Ого! — на выдохе произнес Винсент. — Спасибо, братан. Я думал, что ты придурок, но это не так.
Я усмехнулся.
— А я думал, что ты — мудак, но это не так.
Винсент тоже рассмеялся.
— Я все еще не могу в это поверить.
— Купи себе самое лучшее оборудование. Все, что тебе нужно.
— Обязательно.
— Я зашел в Instagram и посмотрел твои фотографии. У тебя настоящий талант, Гарсия.
— Спасибо, — скромно проговорил он, протягивая мне пакет с зеленой краской и мою Visa.
— Мне бы хотелось поработать с тобой над моей будущей коллекцией.
Глаза Винсента снова выпучились.
— Серьезно?
— Да ладно. Я что, похож на трепло?
После молчаливого покачивания головой он встретил мой взгляд с серьезностью.
— Я тоже не брехун. Если тебе интересно… Я никогда не спал с Софи.
И я поверил ему. Меня захлестнула головокружительная смесь облегчения и экстаза.
Он бросил чек в сумку.
— Роман, она сильная, но хрупкая. Будь с ней нежен.
Я пытался вникнуть в его слова. Он хотел сказать мне, что Софи — девственница?
Когда наступит подходящий момент, я это обязательно выясню.
Глава 26
Наверное, со мной было что-то не так. Вчера вечером я пребывала в смятении, не желая больше его видеть, но сегодня утром мне хотелось, чтобы Роман выбил дверь. Ворвался в мою комнату, подхватил меня на руки и осыпал извиняющимися поцелуями. Стук в дверь прекратился. Я слышала, что он ушел, и осталась в постели, пытаясь разобраться в своих противоречивых чувствах. Мне бы следовало ненавидеть его за то, как он вел себя прошлой ночью на свадьбе Харпер, но вместо этого страстно желала его.
Наконец, спустя час, который безбожно долго тянулся, я вытащила себя из постели и сняла помятое платье и туфли на шпильках. Ноги болели, но не так сильно по сравнению с болью, приносимой воспоминаниями о танце с Романом в них. И в ослепительном платье. Сердечная боль, которая, казалось, отступила, пока я спала, вернулась с новой силой. Я не могла встретиться с ним лицом к лицу. Поэтому собиралась весь день проваляться в постели. И, поменяв кружевное белье на фланелевую пижаму, уже собралась забраться обратно под одеяло, как зазвонил мой телефон. Решив, что это могли быть мои родители — они обычно звонили мне каждое воскресенье после церкви — и, убедившись, что Романа по близости не было, отперла дверь и подобрала сумочку и телефон. Звонок прекратился прежде, чем я успела ответить.
Теперь, окончательно проснувшись, я свернулась калачиком в маленьком мягком кресле и проверила свои электронные письма, сообщения и пропущенные звонки. Все они были от Харпер. Их, наверное, было больше сотни. И все они примерно одного содержания.
Телефон снова зазвонил. Роман? Хотел умолять о встрече? О прощении? Нет, это вновь была настырная Харпер, и ей хотелось пообщаться со мной в FaceTime. Разочарованная, я ответила, настраивая телефон на функцию видеочата.
Не сказав даже «привет», она сразу перешла к бесконечному рассказу о своем медовом месяце, восторгаясь потрясающим отелем, в котором они остановились — эксклюзивном Four Seasons Ocean Club, — и дразня меня захватывающими видами сверкающего песка и бирюзового моря, а также крупным планом ее красного бикини за триста долларов. Ее свадебным подарком от какого-то дизайнера. Думая о Романе и катастрофе, в которую скатилась прошлая ночь, я слушала ее вполуха. Она перевела камеру на Дерека, который в плавках помахал мне рукой с шезлонга, потягивая какой-то тропический напиток. У нас было правило — никакой наготы или снимков члена.
Мы всегда говорили только о ней. Через полчаса безостановочной болтовни мне, наконец, удалось вставить слово. Чтобы показать, что я была вся во внимании.
— Похоже, вы отрываетесь по полной.
— Да… Эй, что с тобой случилось прошлой ночью? Я искала тебя, когда собралась бросить свой букет, но нигде тебя не увидела.
Я замялась в поисках оправдания.
— Эм… эм, я, наверное, была в дамской комнате.
Харпер купилась на это.
— А кто был тот горячий парень с повязкой на глазу, с которым ты танцевала?
Я задумалась, стоило ли ей говорить, но решила не делать этого.
