– Девочка не выходила на улицу. Не гуляла, как все ее ровесники. Не ходила на вечеринки.
– Не поняла?
– Люди никогда не видели ее на улице, даже с родителями, – ответил мужчина. – Годы шли, но девочка, по словам Стоунов, получала образование в стенах дома. Одним словом, дом стал для нее…
– Тюрьмой, – поставила точку Виктория.
Детектив не был с ней согласен. Но это меньше всего волновало женщину. Самой важной темой для нее была жизнь ребенка. Что же произошло в этом доме? Вот что хотела понять Виктория.
– Иногда она выходила ночью в сад, – добавил детектив. – В ту часть, где полиция нашла вас. Девочка гуляла там, будто рыжая летучая мышь, предпочитавшая ночное время.
<<Как объяснить, что в этой семье оказалась девочка, а не мальчик? Если Стоуны были влиятельными личностями в Малибу, то вероятно, что в целях безопасности они могли запутать следы, чтобы я никогда не нашла своего сына. Видимо, они хотели уберечь его от меня. Почему?>> – подумала Виктория.
– Вам не кажется, что вся эта история покрыта тьмой? – спросила она.
– Вполне возможно, – ответил детектив. – Если…
Он призадумался. Виктории хотелось проникнуть в мысли следователя, прочитать, проанализировать его точку зрения на эту историю.
– Почему люди не обратили должного внимания на семью Стоунов, на странное поведение этой пары?
– Думаю, деньги все решили.
– Деньги держали ребенка взаперти, – сказала Виктория. – И закрыли рты всех в городе.
– Что Стоуны могли скрывать? – спросил детектив.
– Издевательства над слабым ребенком.
Они молча смотрели друг на друга. Виктория думала о ребенке. О чем думал детектив, трудно угадать. Время шло, и все понимали, что видеозапись могла объяснить многое.
– Манипулировать чувствами беспомощного ребенка очень легко, – сказала Виктория. – Вы же, наверное, отец, детектив. И вы, как никто другой, понимаете, о чем идет речь. Никакой здравомыслящий человек не желал бы такой участи своим детям. Вы осознаете, какую неизлечимую рану можно оставить в душе ребенка, который только познает мир. Ребенка, который входит во взрослую жизнь. Он не понимает всего происходящего вокруг. Взрослые пользуются им, словно игрушкой. Он для них маленький раб, исполняющий все их желания. Вы хотели бы увидеть своего ребенка на месте этой девочки?
Бред Кэмерон промолчал. Конечно же нет. Виктория сама хорошо знала ответ. Просто она хотела показать ему под иным ракурсом действия со стороны родителей, играющих с несчастным ребенком. А ребенку нужно было все лишь воспитание. Знания о мире, чьей частью стал он при рождении.
– Видимо, настало время получить ответы, – сказал детектив и встал с места.
Он бережно взял кассету и вставил в проигрыватель. После нажал на маленькую кнопку. Его напарник отключил освещение в комнате. На первых кадрах была пустота, помещение наполнилось белым светом от небольшого экрана телевизора. После, словно музыкальный инструмент, кадры заиграли по нотам.
–
Зрители замерли перед экраном. Им нетрудно было догадаться, что голос женщины принадлежит миссис Стоун. Все происходило в детской комнате. Игрушки валялись повсюду. Комната была освещена тусклым светом, который падал на розовые обои стен.
Роза подошла молча. Грусть, собравшаяся в ее крохотных глазах, словно маленький пузырек готова была лопнуть от тихого давления.
Роза глубоко вдохнула воздух. Она молча посмотрела прямо в объектив видеокамеры и лишь кивнула. Девочка медленно с последнего этажа, где располагалась детская комната, спустилась по длинной лестнице на нижний этаж, где ее уже заждались высокопочтенные гости. Те были близкими друзьями семьи Стоунов. С появлением рыжеволосой девочки все замолкли.
Все стали аплодировать, стоя ликовать. Мэр Малибу с горящими глазами смотрел на маленькую девочку. Однако он краешком глаза изучал и отца. Мистер Стоун кивнул ему.
На следующем кадре действие перенеслось в небольшую комнату. Роза открыла дверь, обернулась, словно приглашая гостя следовать за ней. Мэр принял приглашение и зашел за ней, держа в руках бокалы с вином.
Кадр снова меняется. Роза стоит одна в комнате. Ее снимают тайно из-за полуоткрытой двери. Заметно, как она плачет, не издавая лишнего шума. К ней заходит миссис Стоун, гладит ее маленькую голову, продолжая видеозапись.