Стало смеркаться. Солнце уже опустилось за зубчатую кромку темнеющего вдали леса. В воздухе понемногу разлилась вечерняя прохлада. Серые зыбкие тени прятались в кустах малины, в островках крапивы у забора. Перестали петь птицы, а старичок профессор, убаюканный тишиной, казалось, задремал в своем кресле. Однако как только Ася объявила, что им пора домой, Петр Иванович распахнул глаза и посмотрел на нее то ли удивленно, то ли укоризненно. Обе хозяйки, и мать, и дочь, принялись уговаривать их с Алексом побыть еще немного. Катя предлагала остаться на ночь и соблазняла баней. От парной Ася решительно отказалась, пояснив, что жару с детства не переносит и даже способна упасть в обморок. На самом деле к бане она относилась нормально, а опыта бряканья в обморок у нее вообще не было. Но ночевка на Катиной даче в ее планы не входила, к тому же она вдруг почувствовала сильное желание поскорее увидеть сына. Ни о чем, кроме спокойного вечера в его компании, она не мечтала. Алеша будет рассказывать ей о своей поездке на Воробьевы горы, а Ася поделится теми сведениями, которые получила, беседуя с профессором. Нет, ночевать они с Алексом тут не останутся. Зачем доставлять тете Нине лишние хлопоты, заставлять ее возиться с постелями, готовить завтрак на такую ораву гостей? Конечно, Нина Семеновна чудесная женщина, и Асю она любит, но не стоит злоупотреблять ее гостеприимством. И без них с Алексом гостей хватает, а домик не резиновый. Да и Алеша огорчится, если она не вернется сегодня домой. Или не огорчится? Может, она и в самом деле слишком уж «трясется» над ним, как утверждает Катя?
– Побудьте еще немного, – упрашивала подруга. – Поужинаете с нами, нехорошо на пустой желудок ехать.
– Как это – на пустой желудок? – засмеялась Ася. – После такого царского обеда, что вы с Ниной Семеновной нам закатили, я до завтрашнего вечера больше ни крошки съесть не смогу. И Алекс наверняка думает то же самое.
– Глупости, уже через полчаса лопать захотите, будете в электричке мечтать о сухариках да о чипсах. Оставайтесь, ладно? Сейчас картошку печь будем, прямо тут в саду, – продолжала соблазнять Катя. – Сосиски пожарим на огне. Как тогда, летом восемьдесят… шестого, что ли? Или пятого? Помнишь, Аська, картошку с сосисками на палочках?
– Какие палочки, Катерина, какие сосиски? – вмешалась тетя Нина. – Сережа собирался шашлыки делать, да забыл, очевидно. Мясо-то в холодильнике с утра стоит, перемариновалось уже.
– Никто ничего не забыл, Нина Семеновна, – мягко возразил Сергей. – Просто сначала в планах было в лес идти, на шашлыки, да погода испортилась. А потом и вовсе дождище дикий разразился.
– Если шашлыки, так надо уже сейчас и начинать, костерчик развести, – посоветовал профессор, потирая руки и оглядывая местность, словно прикидывая, где костер развести. – А за дровами – срочно в лес, пока еще достаточно светло. Где у вас топор, голубушка Нина Семеновна?
– Зачем топор, все есть, все готово, – пояснил Сергей. – Мангал в сарайчике стоит, сейчас принесем. Дров целая гора, сам лично для бани заготавливал, да и угли есть, березовые, для шашлыков, мы с Катюшкой в магазине покупали. – И он пошел к сарайчику, тому самому, который много лет назад едва не подожгли Асины одноклассники. С несвойственной восьмидесятидвухлетнему человеку прытью профессор соскочил со стула и последовал за Сергеем.
Ася, все еще думая о сыне, сомневалась. Катя, посмотрев на задумчивое подружкино лицо, прошипела тихо, чтобы не слышали Алекс и профессорская дочь, обсуждавшие в тот момент преимущества сельского образа жизни перед городским:
– Ну, куда так торопишься, Аська? Семеро по лавкам, что ли, плачут? Нельзя быть такой наседкой! Леха твой уже взрослый, жених, можно сказать, того и гляди, бабкой сделает.
– Ну ты скажешь, бабкой… – хмыкнула Ася, – он и жениться не собирается. Он мальчик серьезный, только об учебе и думает. У него и девушки-то нет.
– Сейчас нет, а через полчаса будет. У них это быстро. Себя вспомни в его возрасте. Сегодня не собирается жениться, а завтра соберется. Алексей – парень видный, на таких девчонки сами вешаются. Не успеешь пикнуть, как всучат тебе младенца и скажут: «Присмотри, мамуля, а мы в гости сбегаем». Ну ладно, не пугайся раньше времени, это я так. Но ужин твой сын сегодня как-нибудь разогреет, большой мальчик. И Алексу интересно, он небось ни разу шашлыков настоящих не едал. Шашлыки – вещь вкусная и познавательная, в смысле русских национальных традиций. А домой не опоздаете, электрички до половины двенадцатого ходят. Нет, я не предлагаю вам так поздно ехать, – добавила Катя, заметив, что подруга собирается возразить, – конечно, лучше пораньше, но пару часиков вполне еще можно побыть, пока шашлыки подоспеют. Глянь, Серега уже мангал ставит, ишь, быстрый какой. А профессор с твоим иностранцем рядом суетятся, помогают. Живой какой старичок, этот Петр Иваныч, и не скажешь, что участник Ленинградского сражения. Оставайтесь. Через пару часов мы вас дружной компанией на станцию проводим и в электричку затолкаем.
