Тина с неохотой пошла домой, а за ужином отказалась от бабулиного сладкого пирога – поела только салат и кусочек куриной грудки. Дед удивился:
– Что это ты пирог не ешь? Ида с земляничным вареньем напекла, твоим любимым!
Девушка отмахнулась:
– Да я наелась, дед, жарко!
– Ну-ну! – Константин смотрел неодобрительно, но ничего внучке не запрещал.
Увы, через две недели стало понятно, что все плохо. Тина перестала есть совсем. В хлебе вредный глютен и дрожжи, молоко отнимают у телят, мясо вообще мертвечина, а варенье содержит невероятное количество сахара. Салат из «огородной ботвы» – это было все, что бабушка могла уговорить ее есть.
При этом такая строгая диета практически не сказалась на фигуре юной девушки, она и так была стройной, зато очень существенно сказалась на внешности. Волосы потускнели, ногти стали ломаться, запали щеки, под глазами нарисовались глубокие тени, губы стали выглядеть сухими и обветренными, появился неприятный запах изо рта, с которым не справлялись никакие травяные отвары.
Тина постоянно ходила сонной мухой, с трудом усваивала информацию и большую часть дня проводила в компании, в которой был шанс увидеть Макса.
Бабушка и дед не знали, что делать. Константин уже собирался пойти поговорить с парнем – зачем так девочку изводить, но Ида его никуда не пустила. Усадила за стол, налила травяного чаю и сказала:
– Это бесполезно, дорогой. Парень не виноват в таком ужасном состоянии нашей девочки.
Константин вскинул брови, а потом резко их свел, углубляя морщинку на переносице.
– Она сама придумала, что ему понравится такая диета, сама вытворяет это с собой. Возможно, он что-то сказал, что ему нравятся стройные, или упомянул диету – Марьяна жаловалась, что у него аллергий много и с желудком проблемы. Этот Макс мучается, а окружающим транслирует, что сам это выбрал. А Тина влюбилась и все его слова возводит в степень да к себе прикладывает.
– Так что делать будем? Эдак мы в сентябре девочку не в школу повезем, а в больницу!
– Терпеть, ждать и за Тиной следить в оба глаза! Ее ведьминская сущность себя проявит обязательно, и вот тут нам бы не сплоховать!
Маг и ведьма переглянулись, кивнули друг другу и взялись за чашки. Ох, тяжело ждать да догонять, но что ж поделать? Иногда приходится!
Между тем Валентина продолжала следить за объектом своей любви с нездоровым интересом, следуя за ним мрачной тенью. Она стала плохо чувствовать себя на солнце и снова закуталась в полюбившиеся когда-то мрачные черные одежды. Дед и бабушка наблюдали за ней со все возрастающей тревогой, однако старательно делали вид, что все в порядке. Собирали и перебирали травы, готовили настойки и мази, совершенствовали рецепт припарки для заживления ран – и все же тревожились.
Пик наступил в день летнего солнцестояния. Баба Ида опасалась этого дня больше всего – день ведьмовский, сильный, способности молодой ведьмы могут усилиться скачком, а могут и сгореть в костре ее ненависти или боли.
Деревенские девчонки и парни привычно собрались вечером у реки, чтобы жечь костры, пускать по воде венки, петь песни и тайно целоваться до утра.
Тина старательно собиралась на гулянку – укладывала волосы, добиваясь идеальной гладкости и шелковистости, подводила черной тушью глаза, выбирала самую алую помаду и самую черную футболку. Правда, благоразумие ей не совсем отказало – на ночную прогулку у реки девушка надела черные туристические штаны со множеством карманов, тяжелые ботинки и бандану с черепами. Прыгать через костер в летящем платье не планировала – Макс ведь наверняка будет сидеть в стороне, мрачно взирая на мир, в этом случае она составит ему отличную пару!
Схватив черную ветровку, Тина пробормотала, что вернется поздно и «вы не ждите», покраснела и вылетела за дверь. Дед и бабушка даже не успели заверить ее, что останутся дома. Убедившись в том, что внучка точно ушла, старики бросились в свои комнаты – переодеваться.
Константин натянул черные джинсы, тяжелые ботинки, черную же водолазку и камуфляжную куртку. Седые волосы спрятал под банданой – но камуфляжной. Белые черепа со стразами очень заметны в темноте. Зинаида предпочла черный спортивный костюм с черной футболкой и черную же бандану.
– Дорогая, ты внучку ограбила? – спросил Константин, покрутив жену туда-сюда, крепко держа за талию.
Ида фыркнула:
– Вообще-то, это мне Катерина задарила, чтобы мы с Тиной в одной цветовой гамме йогой занимались!
– Йогой? Не надо мне рассказывать такие ужасы! – содрогнулся мужчина. – Обливаемся репеллентом – и вперед!
Они оставили на кухне свет, но плотно закрыли шторы, наказали Серафиму и Марфе бдеть за порядком и выскользнули из дома через калитку в огороде. Спустились к реке, высмотрели компанию Тины и притаились в густом ивняке у реки.