– Но Сашке самому десять лет, ему все взрослые кажутся высокими.
– Что еще он сказал?
– На мужчине была шляпа, плащ с поднятым воротником и темные очки. А! На руках темные перчатки.
– То есть разглядеть мальчишка ничего не сумел?
– Только усы.
– Длинные усы. Может быть, накладные?
– Может.
Жанна задумалась. Накладные усы, очки, театрально поднятый ворот плаща. Прямо как в шпионском детективе. «Прием, прием, я – Соловей, прием, прием, Роза, жду связи». Мужчина явно играл роль, которую ему уже доводилось репетировать, а возможно, что и играть.
– А вот ты говорила, что шьешь для разных артистов, – произнесла Жанна и вопросительно посмотрела на Марину.
– Шью – это слишком громко сказано. По большей части ушиваю, перешиваю и чиню.
– Но все же ты общаешься с артистками. Мог кто-нибудь из них устроить для тебя что-то в этом роде?
– Что именно? – нахмурилась Марина. – Насколько я понимаю, вор, укравший драгоценности, он же и убийца старой воровки? Думаешь, среди моих знакомых или клиентов есть такие люди? Воры и убийцы?
– А ты как думаешь?
– Нет, – решительно покачала головой Марина. – Таких людей среди них нет.
– Откуда ты знаешь!
– Знаю!
– И все же этот мужчина знал, где ты живешь. Знал номер твоей квартиры. Он все про тебя знал.
– Никакой особой тайны в этом нет. Ты же меня нашла? Вот и он тоже нашел. Если задаться целью, в наше время можно найти кого угодно и где угодно.
Жанна скромно умолчала о том, что ей-то помогала полиция. А вот кто помогал высокому мужчине с усами и в шляпе?
– Как он хоть выглядел?
– Я же тебе уже сказала, что сама знала.
– Может, этот соседский мальчишка сможет вспомнить что-нибудь еще?
Марина нехотя поднялась со стула.
– Ладно. Вижу, что ты иначе от меня не отцепишься.
Они сходили к Сашке, который оказался крепышом с круглой, коротко стриженной головой, которая напоминала мяч. Он подтвердил рассказ Марины.
– Был дядька. Пакетик мне дал. Тяжелый. В нем разные цепочки были, брошки. Он сказал, что это бижутерия. И еще сказал, чтобы я этот пакетик соседке из семьдесят восьмой передал.
– А имя Марины он называл?
Паренек задумался.
– Нет, имени не называл.
– А что он еще сказал?
– Ничего.
– Но к тебе он как-то же должен был обратиться!
– Сказал: «Иди сюда, мальчик».
– И ты пошел?
– Ага.
– А тебе разве не говорили, что с чужими дядями разговаривать нельзя?
Сашка потупился. Было ясно, что говорили, и не один раз.
– А чего я? – заныл он. – Он мне дорогу заступил. Чего мне делать-то было? Назад бежать? Он бы меня все равно догнал. И люди там были, тетки всякие, соседки. Они бы за меня заступились, если что.
– На соседок надейся, а сам не плошай. Что дальше было?
– Дальше он спросил, хочу ли я заработать тысячу рублей. А я спросил, смотря что для этого надо сделать. Если, к примеру, на ботинок ему плюнуть, то это я запросто. А если с крыши сигануть, то это фигушки.
– Ты, я вижу, малый не промах, – польстила ему Жанна. – И что дальше было?
– А дальше он сказал, что надо передать пакетик с театральной бижутерией. Дескать, для костюма цыганки нужно, а он не успевает к Марине забежать. И чтобы я отнес.
– И ты согласился?
– А чего нет? Тысячу за плевое дело, почему нет? Был бы пакетик непрозрачный, нипочем бы не взял. Откуда я знаю, что там в этом пакетике? Может, наркотики или бомба. А так сразу было видно, что барахло всякое, кольца да серьги. Что тут опасного? Взял пакетик и пошел.
– А тысяча?
– Тысячу тоже взял.
– Сразу?
– Ага. Взял пакетик, тысячу, а этот тип сразу же отвалил. Когда я до подъезда дошел, назад оглянулся, его уже и след простыл.
– А ты можешь показать место, где вы с ним встретились?
– Могу. Только чего мне самому с этого будет?
Будущий предприниматель просыпался в Сашке со страшной силой. А ведь человеку всего-то один раз удалось срубить легких денег. И вот поглядите-ка, какой результат! Уже и шагу не хочет сделать, чтобы не слупить еще бабок.
– По шапке ты получишь, если не пойдешь, – ласково сказала ему Марина. – И матери твоей нажалуюсь, что ты у каких-то прохиндеев на посылках служишь. А если бы там среди бижутерии наркотики оказались или того хуже, споры какой-нибудь редкой болезни?
– Какой еще болезни?
– Бубонной чумы, например. От нее в Средневековье почти вся Европа вымерла. Или лихорадка Конго, от которой бы потом весь наш подъезд пострадал? Тогда как?
– А чего? – разинул рот Сашка. – И такое бывает?
В общем, место, где к нему подошел высокий усатый гражданин в шляпе, паренек показал совершенно безвозмездно. Сделанное ему Мариной строгое внушение возымело результат. Пока ехали на лифте и шли по двору, Сашка все время думал, а потом спросил:
– Тетя Марина, а как с той тысячей быть? На ней тоже зараза может быть?
– Какая зараза?
– Лихорадка или чума эта ваша. Бубновая.
– Не бубновая, а бубонная, грамотей. Все в порядке с твоей тысячей.
– Ой, это хорошо! – обрадовался Сашка. – Потому что я вчера эти деньги уже истратил. Вот и подумал, жалко, если тетя Света, которая мороженым торгует, помрет. Она добрая. И когда у ребят нескольких рублей на мороженое не хватает, всегда верит, что мы отдадим.
– Все будет в порядке с тетей Светой.
