– Он говорил, что был знаком с бабулей, – заметил Уилл. – Давным-давно.
– Я почему-то уверена, что его имя мне знакомо, – сказала Доркас, уставившись на своё вязание так, будто имя было на нём написано. Из всех бабушек у неё было больше всего морщин и самые белые волосы. – Но я не помню почему.
– Как насчёт твоей Шали Памяти? – спросила Айви.
– Я не помню, куда её дела! – пожала плечами Доркас.
– Ну, чем бы он ни занимался на фабрике, он там точно не в крикет играет, – заключила Матильда.
– Он изучал узоры на перчатках, – сказал Уилл. – И по-моему, он скопировал их с помощью своего компьютера.
– Мне всё это НЕ нравится, – заявила Айви, так энергично тряхнув головой, что серебристые косички, взлетев по дуге, ударили её по носу.
– Давайте пока не будем впадать в панику, – призвала всех Жунь-Ю. – Ни один из наших узоров – и ни один из тех, которые вязала Герти, – не поможет владельцу в злом начинании. И насколько нам известно, их невозможно сделать на заводе – сколько ни покупай старых станков. Из этого ничего не выйдет. Для каждого изделия нужно всё внимание того, кто вяжет.
– Я уверена, что без пары талантливых рук ничего не выйдет, – жёстко сказала Матильда.
– Я уверена, что ничего не выйдет без любви, – добавила Доркас.
– И настоящая сила появится только в том случае, – Гортензия резко понизила голос, – если у него будет волшебная пряжа.
– Он вытаскивал из украденных перчаток кусочки ниток, – сказал Уилл. – Блестящие такие.
Повисла тишина.
– Без паники, – сказала Жунь-Ю. – Пряжа не допустит, чтобы её использовали для чего-то дурного. Мы это знаем.
– Не допустит? – переспросил Уилл.
– Она просто распустится.
– А ещё из-за неё можно почувствовать себя очень плохо. – Айви искоса взглянула на Уилла.
– И крайне сомнительно, что ему удастся собрать много пряжи, – сказала Жунь-Ю.
– Хотя этот негодяй и пытается, – хмыкнула Матильда.
– Он ошивался у благотворительного магазина, где оказались вещи твоей бабушки, – сказала Уиллу Айви.
– Но мы тоже времени не теряли, – продолжила Гортензия. – Магазин постепенно их сбывает, и мы их отслеживаем.
– А нет никакой… ох, я даже не знаю, как сказать… вязальной полиции? – спросил Уилл.
Жунь-Ю вздохнула:
– Есть организация под названием Вязорг. Герти в неё входила. И мы знаем, что главу Вязорга называют… – она умолкла.
– …спицведьмой, – прошептала Айви.
– Но мы никогда с ней не встречались, – сказала Матильда.
– Вообще ни с кем из них, – добавила Доркас.
– Даже если связаться с ними, результат всё равно будет «спасибо, мы вам перезвоним», – заметила Гортензия, жестикулируя бровями.
– Да скорее бы уж позвонили, я была бы только рада, – отозвалась Айви. – Мы неплохо вяжем из волшебной пряжи и могли бы продолжать в том же духе, если бы нам обновили запасы!
– Я уверена, что пройдёт время, – убеждённо ответила Жунь-Ю, – и они, получив весточку, что наш Узел остался без главы, пришлют кого-нибудь, чтобы решить этот вопрос. – И она обвела всех взглядом поверх лиловых очков, как будто спрашивая, осмелится ли кто-нибудь ей противоречить.
– Если они решат, что без Герти от нас будет хоть какой-то толк, – пробормотала Айви.
– Почему мы просто не можем пойти к дому мистера Фитчета, напрямую спросить, что он задумал, и забрать наши вещи? – спросил Уилл. – Он сразу же поторопился украсть те перчатки. Я едва успел их примерить.
– Не уверена, что это благоразумно, – покачала головой Жунь-Ю.
– От этого человека не знаешь, чего ждать, – сказала Матильда.
– Не буди лихо, пока оно тихо, – добавила Доркас.
– Думаю, сейчас безопаснее всего предоставить ему свободу действий, – коротко кивнув, сказала Жунь-Ю. – Я его предупредила, а когда прибудет Вязорг, они с ним разберутся.
Уилл понадеялся, что она права.
– Есть ещё кое-что… – начал он, думая, как бы получше сформулировать, а потом решил сказать как есть: – Вы научите меня вязать?
Все бабушки сразу заулыбались до ушей.
– Мы уж думали, ты никогда не спросишь, – сказала Айви.
9
– Уилл, почему на тебе папины носки? – спросила мама.
Фестиваль в Вязантоне только начинался, и мама, Уилл и Софи направлялись к аббатству.
– Потому что они волшебные, в них я высоко прыгаю, и я хочу показать их Бену! – ответил Уилл. Он едва сдерживался, чтобы не запрыгать на пешеходном переходе.
– Волшебные? Ах, ну да, конечно! – рассмеялась мама.
На территории аббатства пахло свежескошенной травой, розами и горячими хот-догами. Гудели аккордеоны, звенели колокольчики, а в центре лужайки прыгали и скакали танцоры с маргаритками на шляпах. По краям двора стояли столы под навесами, одни были уставлены пирожными и графинами с лимонадом и чаем, а на другие свалили всякие безделушки и старые книги. В одном углу расположился надувной батут в виде замка, а в другом люди бросали крикетные мячики, пытаясь попасть ими в старую разномастную посуду.
Уилл оглядывался, пытаясь увидеть Бена, который жил в трёх домах от них и вернулся из поездки домой совсем недавно, прошлым вечером. Уилла распирало от любопытства, удастся ли им высоко-высоко прыгать вместе, надев по одному носку.
